— Боже милостивый! Вы знакомы с ним? — задыхаясь, спросила мисс Ньюком. — Моя сестра живет на южной стороне Одли — стрит и сообщает мне все светские сплетни. Так вот, она говорила как-то, что он ужасный распутник. Он содержит по любовнице на каждой почтовой станции, совсем как некоторые люди держат там своих лошадей!
— Эмили! — возмущенно воскликнула миссис Ренфрю.
— Силы небесные! — прошептала Кора, стрельнув глазами в сторону Джорджа.
Что касается мистера Мортона, то он посмотрел на лорда совсем другим, более проникновенным взглядом.
— Полагаю, что это просто пустая сплетня, — сухо сказала Рут.
Джордж в это время подошел к ним, никак не выказав, что слышал ее последние слова. Однако он приветствовал ее и мистера Мортона с некоторой сдержанностью. Настроение Рут начало улучшаться. Он не имел, кажется, намерения отзывать ее в сторону, держался весьма вежливо и галантно. Но она постаралась, чтобы ее лицо не выражало никаких эмоций, тем более что она была вынуждена представить его семейству Ренфрю.
Закончив церемонию представления, она не спешила принять участие в беседе, но просто наблюдала. Ситуация сложилась весьма любопытная. Покойный мистер Ренфрю, подобно достопочтенному батюшке мистера Мортона, нажил свое состояние торговлей, и поэтому все они с благоговейным почтением относились к титулу Джорджа, едва осмеливаясь говорить в его высочайшем присутствии.
— Мне кажется, что мы не видели вас раньше в Бате, милорд, — сказала мисс Ньюком с придыханием, прежде чем кто-нибудь успел открыть рот. — Надеюсь, вам понравился наш город?
— Благодарю, мэм. Я был просто обречен на то, чтобы полюбить его. Одни развлечения чего стоят, — довольно холодно ответил Джордж. — Особенно удивляет, как быстро здесь распространяются сплетни и слухи. Возможно, они передаются через воду, которую все здесь так усердно пьют.
Физиономия мисс Ньюком вспыхнула тусклым румянцем, и вся она съежилась в своем малиновом платье, которое совершенно ей не шло. Джордж слегка поднял брови, а затем перенес свое внимание на Кору.
— Сегодня утром я предпринял для моциона небольшую прогулку, — сказал он ей с теплой улыбкой, — и был, признаюсь, совершенно очарован. Какая тут все же удивительная архитектура. Но для вас мои слова звучат, наверное, странно, вы ведь видите это каждый день.
— Д-да… Я хотела сказать, нет… — Кора совсем смутилась. — Вид с Буковой Скалы очень красив…
— Прежде чем покинуть столь приятное общество, я должен кое-что выяснить у миссис Прайс, — сказал Джордж. В его голосе не было и намека на снисходительность. — Миссис Прайс, могу я рассчитывать на то, что вы согласитесь совершить со мной небольшой променад?
Когда они отошли, Рут спросила его:
— Чего вы добиваетесь? Вы хотите разрушить все мои планы, все мои связи и выдать наши отношения?
Она хотела сказать совсем не то и не так. И не успели ее слова слететь с уст, как она пожалела об этом, заведомо страшась ужасного ответа, который вот-вот последует.
— Нет, — неожиданно мягко ответил Джордж.
— Ох, — только и могла она выдохнуть.
Рут знала, что, несмотря на все враждебные слова, между ними очень сильно сексуальное притяжение. Она знала это и боялась больше всего на свете, что окажется вновь бессильной перед ним и перед самой собой. Даже теперь, в многолюдной галерее «Памп-Рум», ее попеременно бросало то в жар, то в холод, и только потому, что он взял ее под руку — Почему вы решили купить мне ротонду? — резко спросила она.
— Потому что вы мерзли. Рут повернулась к нему.
— Это единственная причина? Джордж улыбнулся.
— Если вам угодно, можете объяснить это как попытку затащить вас в постель. Но знайте, мой подарок вас ни к чему не обязывает.
— И какую почтовую станцию вы намерены мною украсить? — сорвалось у Рут с языка прежде, чем она подумала, о чем говорит.
Его улыбка поблекла, а в карих глазах появилось удивление.
— Боюсь, слухи о моих любовных похождениях несколько преувеличены, — пробормотал он так тихо, что она еле расслышала. — Даже если бы они были правдивы хоть наполовину, сомневаюсь, что по утрам у меня оставались бы силы вставать с постели… Давайте прогуляемся еще немного, я хочу предложить вам стакан воды.
— Не хочу я никакой воды.
Чего она хотела, так это узнать, какова доля правды в байках о его любовницах. Но расспрашивать его самого было бессмысленно. К тому же она напомнила себе, что для нее это не имеет теперь никакого значения.
— Моя дорогая девочка, допускаю, что вам не хочется пить, — почти торжественно заговорил он, проводя ее сквозь толпу, — но нельзя же, в самом деле, побывать в Бате и не попробовать вкуса местной целебной воды. Что до ротонды, осмелюсь сказать, я решил преподнести вам этот небольшой подарок в скромной надежде, что он не вызовет осложнений в ваших отношениях с Мортоном.
