Чарльз совсем иное дело, он не просто зол, он безрассуден, и если, вопреки всем разумным доводам, решится мстить, тогда ни Рут, ни мистеру Нортону не удастся скрыться от него. Надежда на то, что он все-таки одумается, побоится последствий преступления, слишком слаба. Но и отчаиваться, впрочем, Рут считала преждевременным.
— Ноя дорогая… миссис Прайс… Боже мой, мэм! — беспомощно лепетал мистер Мортон.
Рут постаралась изобразить своими бескровными губами улыбку.
— Надеюсь, я не слишком вас напугала, сэр? — спросила она, пытаясь говорить легко. — Едва ли во время этой сцены, когда пришлось проявить твердость, я выглядела как подобает воспитанной леди.
— Вы были… были такой грозной, — наконец-то мистер Мортон выдавил из себя нечто более или менее похожее на человеческую речь. — Никогда бы не подумал…
Тут, нервно отхлебнув бренди, он закашлялся и прикрыл платком рот.
— Что, я действительно была похожа на ведьму?
— Чарльз говорил такие ужасающие вещи, что любая женщина… — Мистер Мортон закрыл на какой-то момент глаза, будто вновь перебирая в памяти все, что пришлось пережить в этот вечер. — Дорогая моя, дорогая, я подвергал вас такому риску! И как это я раньше не догадался позаботиться о вашей безопасности? А главное, ведь уже почти ночь… Хорошо еще, что у вас оказалось оружие, иначе я не знаю, что было бы…
— Но зато я кое-что знаю. Я много знавала таких людей, как ваш племянник, — тихо произнесла Рут. — Я приехала в Бат с открытыми глазами и приготовилась к делу, обдумав его со всех сторон.
Мистер Нортон быстро взглянул на нее. Понемногу он начинал отходить от пережитого шока, но до обычного спокойствия ему было еще далеко.
— А теперь, сэр, надеюсь, вы разъясните мне несколько непонятных вещей, связанных с вашими семейными делами, о которых вы упомянули в беседе с племянником, — сказала Рут. — Я не совсем поняла, почему Чарльза так разгневало то, что вы не упомянули его имя в вашем завещании. Ведь в конце концов скоро он получит свое собственное состояние.
Мистер Мортон грустно покачал головой.
— Брат мой, увы, совсем не относился к людям бережливым. В том-то и заключается насмешка судьбы, что к моменту смерти у него не осталось практически ничего, что бы он мог завещать сыну: он сам промотал почти все. И это одна из причин, почему Чарльз так разозлился, узнав, что его отец передал контроль над наследством мне. Сумма и без того ничтожная, а тут еще и ограничения его прав. Я думал, что мне удастся за эти годы как-то увеличить небольшой капитал, оставленный братом, но, видно, не судьба…
— Значит, если я правильно поняла, ваше собственное состояние значительно больше? — спросила Рут. В ее голосе слышалась скорее уверенность, чем сомнение.
Мистер Мортон взглянул на нее. Смущенная улыбка тронула его усталое бледное лицо.
— В делах торговли я разбираюсь куда лучше, чем в оценке людей и отношениях с ними, — сказал он просто. — С определенными ограничениями я всегда готов пойти на большой риск… я имею в виду операции с ценными бумагами. Я обрел в этом кое-какой опыт, к моему мнению прислушиваются… В общем, я утроил капитал, завещанный мне отцом.
Рут глубоко вздохнула.
— Ну вот, теперь, по крайней мере, стало ясно, почему так взбесился Чарльз, услышав, что вы изменили завещание не в его пользу, — сказала она довольно сухо.
— Простите, мэм, я должен был объяснить вам это раньше, — огорченно пробормотал старый джентльмен.
— Ну что об этом теперь говорить… Не думаю, что это что-то изменило бы… — ответила Рут, отодвигая бокал, после того как сделала еще глоток. — Разве что сейчас меня еще больше радует, что вы переписали завещание. Вы ведь не какой-нибудь набоб, — продолжала она, пытаясь улучшить настроение себе и мистеру Мортону.
— Да, я не склонен роскошествовать и выставлять свое богатство напоказ. Фамильная честь мне гораздо дороже плодов успеха.
— Ну, как бы там ни было, — сказала Рут, — с этого дня вы можете спокойно пользоваться плодами ваших трудов. Полагаю, мы сделали все необходимое, чтобы защитить вас и ваше состояние от алчности ненасытного племянника.
— Как вы считаете, не слишком ли это жестоко по отношению к нему? — спросил мистер Нортон.
— А как вы сами думаете, сэр?
Мистер Мортон встал и в волнении заходил по гостиной. Наконец, нервно пожевав губами, он ответил:
— Вы же сами, миссис Прайс, видели, что он творил здесь. Я еще никогда его таким не видел и даже не догадывался, что это за страшный человек… Думаю, лучшего отношения он и не заслужил.
— Я тоже так думаю.
— Но скажите, миссис Прайс, что мне делать дальше?
Мистер Мортон смотрел на Рут так, будто вся его дальнейшая жизнь зависит от того, что она посоветует. Но, впрочем, сейчас, возможно, так оно и было.
