Я почувствовала еще большую тошноту, когда эта информация закружилась у меня в голове. Потом осознание, что это он торговец людьми. Его подпольная организация, огромные деньги, которые она приносила, были построены на потерях и уязвимости людей. Людей продают в рабство и на секс-работу. Я вздрогнула. Потому что он не был каким-то уродливым монстром, каким-то злым человеком, само поведение которого держало в страхе. Он сам был обычным человеком, его отец был, казалось бы, обычным, хорошим человеком. Но они стояли во главе скрытой империи, построенной на разбитых мечтах и никому неслышных криках жертв.
Нас с Джином отвели в старый гараж, в котором скрылся Фредди. Казалось, что в задней части здания располагались обветшалые офисы, но Олли повел нас в противоположную сторону, приказав сесть на пол в комнате побольше, которая, как я предположила, когда-то была чем-то вроде приемной.
Старая, потертая и выцветшая мебель была расставлена по всей комнате. В центре горел костер в пустой канистре из-под масла, и Олли подошел к нему, протягивая ладони к огню. Я внимательно следила за ним, незаметно подкрадываясь ближе к Джину, надеясь защитить его, пока Артур не доберется до нас.
— Так-то лучше, — сказал Олли через несколько минут. Он улыбнулся мне так, словно его люди не похищали нас, не убивали Алфи Адли и не оставляли после себя кровавую бойню.
Согревшись, он придвинул к нам старое мягкое кресло и непринужденно сел. Фредди стоял в углу комнаты, глядя на нас с Джином таким взглядом, будто мы были ничем, даже не стоили того, чтобы жить. И если бы у него был выбор, мы бы уже стали пищей для червей.
— Значит, ты убил моих подруг и семью? — наконец сказала я Олли. — Просто чтобы забрать меня после твоего провального плана в Марбелье. Еще одно инсценированное «нападение»? — я рассмеялась над тем, насколько он был жалок. — И что? Ты собирался снова броситься и спасти меня? В итоге я должна упасть к твоим ногам, и мы должны безумно полюбить друг друга? — на скулах Олли заиграли желваки, и я поняла, что разозлила его. — При том, что ты убил моего отца и Хьюго?
Олли склонил голову набок.
— Твой отец и Хьюго заявили, что не смогут выплатить долг. — Он наклонился вперед. — Ты знала, насколько все было плохо в компании твоего отца? Знаменитое культовое печенье Харлоу. Ты знала, что бизнес вот-вот перейдет в ведение администрации и что ты, твой отец и жених окажетесь на грани разорения? У них не осталось ни гроша за душой, ни пенни.
Мой пульс участился, но я сохраняла невозмутимое выражение лица. Я не знала. Я ничего этого не знала.
— Твой отец уже отдал нам документы на ваш дом. Шикарную гребаную квартиру Хьюго в Челси. Они уже отписали нам свои машины. — Он поиграл бровями. — Фамильные драгоценности.
— Ты их обчистил. И когда они не могли больше платить деньгами, то заплатили кровью.
Олли стиснул зубы, и не осталось ни следа от его маски равнодушия.
— КАКОГО ХРЕНА ТЕБЕ ВСЕ НУЖНО ИСПОРТИТЬ?! — рявкнул он.
Я вздрогнула от его внезапной вспышки. Хладнокровная личность, которую он собой представлял до этого, постепенно исчезала, открывая истинного монстра, скрывавшегося под ней. Он встал со стула и опустился передо мной на колени, его голос снова стал спокойным и мягким.
— Я хотел, чтобы ты была рядом. Я хотел, чтобы ты захотела меня.
— Я никогда не смогу хотеть тебя. Ты убил мою семью. Моих друзей. Ты лишил моего отца и Хьюго их имущества, их достоинства, — прошипела я.
— Достоинства? — сказал он оскорбленно. — Какого достоинства?
— Ты убил их. Привязал к стульям и выстрелил им в головы, пока они умоляли тебя о прощении. Милосердии. Я видела то видео. Это ты мне его прислал. Ты хотел, чтобы я это увидела, чтобы, спасая меня, ты выглядел героем.
Олли протянул руку и провел ладонью по моему лицу. Я попыталась вырваться, откинув голову назад. Он ударил меня и схватил за челюсть, притягивая ближе, вонзая ногти в мою кожу. Я закричала от боли, не в силах сдержать крик. Олли вцепился мне в лицо.
— Я так давно хотел тебя трахнуть. — Я замерла, и дыхание Джина изменилось. Он был зол. Мне хотелось умолять его ничего не предпринимать. Чтобы не навредить себе.
— У тебя не было ни единого шанса, — сказала я.
Олли махнул рукой одному из своих людей. В следующую секунду в комнату втащили женщину примерно моего возраста. Когда я внимательно ее рассмотрела, то поняла, что мы похожи. Каштановые волосы, то же телосложение, те же глаза. Она могла бы быть моим двойником.
Она молчала, пока ее тащили дальше в комнату. Я попыталась поймать ее взгляд, взгляд тех же глаз, что и у меня, но она просто смотрела в никуда. В ее взгляде не было света. Будто она жива, но вовсе не жила.
Она была одета в пурпурное шелковое платье, и мой желудок скрутило от ужаса. Олли подошел к ней и провел ладонями по ее обнаженным рукам. Он бросил взгляд в мою сторону, затем погладил ее грудь.
— Остановись, — сказала я, мое сердце разрывалось от того, что не было никакой реакции девушки. Как долго он так издевался над ней? И тут я поняла…
— Ты продал ее, — сказала я, зная, что это правда. — Ты украл ее.
