Сегодня вечером вернется Джин Мейсон. Я никогда с ним раньше не встречалась. Он был младшим братом Веры и Эрика. Артур не был особенно откровенен, когда дело касалось этого парня. Я знала только то, что он был в частной клинике. Вера объяснила мне, что у ее двадцатилетнего брата слишком много демонов, и депрессия возглавляла этот список. Его пребывание в реабилитационном центре закончилось, и я понимала, что Артур хочет, чтобы он вернулся домой. Атаки на его корабли и транспорт не прекращались, он становился еще более нервным, когда все это оставалось безнаказанным.
Артур любил свою семью так, как я даже представить не могла. Он работал день и ночь, чтобы обезопасить их. Он не говорил этого прямо, но это отражалось во всем, что он делал.
Внешний мир считал его самым настоящим злом. И они никогда так не ошибались. Однако Артур не сделал ничего, чтобы переубедить их. Он утверждал, что лучше пусть так считает каждый за пределами его семьи.
Со мной он тоже почти не разговаривал.
Он никогда не говорил мне, что любит меня. Никогда, даже шепотом, не произнес ни одного приятного слова в мою сторону. Но то, как он обнимал меня в постели, как брал за руку, как целовал и трахал, как следил за каждым моим движением, куда бы мы ни пошли, показывало все, что мне нужно было знать.
Но бывали моменты, когда я видела разочарование и гнев на его лице. Нахмуренные брови и призрачная тень, мелькающая в его красивых чертах. Бывали моменты, когда его настроение было мрачным, настолько мрачным, что он практически источал злость. Он отдалился. Пил больше. Еще больше курил. Были даже моменты, когда он оставлял меня одну, только чтобы найти чуть позже в тот же день и трахнуть так сильно, что оставались следы на коже, и я чувствовала его внутри себя еще долгое время.
Мне были непонятны причины этих настроений. Но я верила в нас. Верила, что однажды он мне все расскажет.
— Ческа, — поприветствовал меня Фредди, вырывая из размышлений. Он протянул мне бокал джина, а сам потягивал мартини.
— Артур еще не вернулся? — спросила я, просто чтобы что-то сказать и избавиться от беспокойства.
Когда я познакомилась с семьей Адли, стало ясно, что Фредди был самым тихим, если не считать Артура. Он всегда был добрым и открытым, но больше всего ему нравилось просто сидеть в кругу семьи, изредка предлагая поболтать или отвечая, когда ему задавали прямой вопрос.
— Пока нет. — Фредди сел, а я опустилась в кресло рядом с ним. Впервые с тех пор, как я приехала, мы остались только вдвоем. — Они все скоро вернутся. Эрик и Вера поехали за Джином.
Фредди посмотрел на часы, потом на телефон. Я откинулась на спинку кресла, пока он печатал текст.
— Ну и? — спросил Фредди, кинув на меня оценивающий взгляд и кладя телефон рядом. — Как ты? — он ухмыльнулся. — Как тебе жизнь по эту сторону забора?
— Хорошо, — сказала я искренне. — Хочешь — верь, хочешь — нет, но в этой перестроенной церкви я чувствую себя дома больше, чем когда-либо в Челси.
Фредди кивнул.
— Верю. — Я знала, что Фредди живет здесь уже много лет. Его отец умер несколько лет назад. Я не знала подробностей, но знала, что Артуру он, как брат.
— Ты уже давно здесь живешь, — сказала я, одновременно и спрашивая, и утверждая.
— Да, — сказал Фредди, уставившись на свой мартини. — Артур рассказал тебе, что случилось с моим стариком?
— Не совсем.
Фредди тепло улыбнулся, и это заставило меня улыбнуться тоже. Он явно думал о своем отце. Фредди любил его. Он не произнес ни слова, но его лицо говорило мне об этом.
— Он был настоящим чудаком, — сказал Фредди. — Болтун, в отличие от меня. Жесткий взяточник. И верный генерал рядом с Алфи. — Он сделал глоток мартини. — Он был приемным кокни, если так можно сказать. Родился в Южном Лондоне, но переехал в Бетнал-Грин, когда был подростком. Начал работать с Алфи, когда я был еще ребенком. Алфи он нравился. Мой отец делал все, что мог, без вопросов, и Алфи уважал это.
— Похоже, он великий человек.
Фредди встретился со мной взглядом.
— Так и было.
— Что случилось? — спросила я, надеясь, что не переступила черту.
— Сделка сорвалась. — Тепло, которое он излучал, остыло до арктического холода. — В фирме была крыса, один из солдат. Продал нас конкуренту. Это была подстава. Была перестрелка, и мой старик стал тем, кто заплатил за это.
— Мне очень жаль. Сколько тебе было лет?
— Шестнадцать.
— Мне очень жаль, Фредди. — Я потянулась вперед и сжала его руку. Он уставился на нее, потом допил свой напиток, когда я отстранилась.
— Я переехал к Алфи в тот же вечер. С тех пор я здесь.
— Он тоже тебе, как отец.
Боль или что-то похожее мелькнуло в его глазах.
— Да.
— Артур верит, что он очнется, — сказала я, зная, что боль Фредди возникла из-за комы Алфи. Артур ни разу не навестил отца в его комнате. Он несколько раз в день разговаривал с сиделкой, но никогда не навещал его самого. Никогда не разговаривал с ним и не держал его за руку.
