Вихри враждебные веют над Спартой!В горах ещё добивают остатки армии Лича ХенгаРеволюционный пожар бушует в ТехасеНо всё это меркнет перед новой угрозой, идущей с юга.Железный Легион против Спартанской Фаланги!Делайте ваши ставки, Господа!
Казалось, на главной площади Техаса собрался весь город. Толпа ревела, качалась из стороны в сторону, улюлюкала и свистела. В центре площади была наспех сколочена сцена, где нечто на заднем фоне было укрыто плотной тканью.
Под охраной народных ополченцев на сцену поднялся мужчина.
Жители его узнали. Это был Лорд-Шериф, шагавший хоть и с хмурым выражением лица, но упрямо расправив плечи и словно набычившись.
Кто-то его приветствовал. Кто-то материл почём зря, а кто-то провожал безмолвным взглядом.
Замерев у самого края сцены, правитель города сцепил руки за спиной и с презрением уставился на своих же жителей. Такого пассажа толпа определённо не ожидала.
Всё чаще звучали ругательства и недовольство.
Наконец, на сцену вышла Фиалка в сопровождении Порта, Лося, Инди и Алекса. Новые лидеры революции. Именно они раскрыли предательство верхушки Техаса и их бездействие в отношении Парижа.
Именно им удалось приоткрыть мрачную завесу тайны. Их узнали, им хлопали. Люди перешёптывались, хвастаясь своим личным знакомством, хотя раньше проходили мимо них, даже не замечая.
Фиалка первой обратилась к огромной толпе.
— Друзья мои, верные сыны и дочери Техаса, революция восторжествовала! Мы скинули с трона Лорда-предателя! Мы не позволили ему отдать нас коварным парижанам на растерзание! Мы не сдались перед угрозой появления самого Железного Легиона, как некоторые! Радуйтесь, друзья мои! Мы справились с этим испытанием! — развела Фиалка руками в стороны, словно пытаясь обнять всю толпу.
Ей ответили свистом и аплодисментами. Людям всегда нравилась похвала, особенно столь демонстративная.
— Однако есть и те, кто сомневаются в наших действиях, — покачала девушка головой. — Есть те, кто всё ещё убеждён, что мы поступили неправильно. Что мы разрушили Техас собственными же руками!
Толпа негодовала, толпа ревела, толпа подняла кулаки. Даже если Лорд был неправ, но он всё ещё оставался их правителем. Так ли были серьёзны его проступки? Эти вопросы мелькали в головах игроков. Может, они ошиблись? Может, ему есть что сказать народу!
Десятки, сотни алых знамён над головами людей тревожно затрепетали.
— Но сегодня мы докажем, что только революция могла спасти наш народ! Только революция сберегла нас от ужасного будущего! — воскликнула Фиалка, и по её сигналу вперёд вышел Лорд-Шериф, закативший глаза на весь этот пафос.
Толпа затихла. Пропали все звуки. Казалось, вся площадь оказалась охвачена безмолвием.
Владыка, которому никто и слова против не смел сказать, оглядел своих подчинённых.
— Да, я продал вас всех Парижу, — заявил мужчина, и жители города ахнули. Они не верили тому, что слышали. — Я предал вас. Бросил на растерзание Железному Легиону и его легионерам. Так и что с того? Разве я поступил как-то неправильно? Любой бы поступил на моём месте так же!
Техасцы шокировано молчали, взирая на своего Лорда.
— Своя шкура ближе, как ни погляди! — оскалился Лорд Шериф. — Так что плевать я хотел на Техас и вас всех! Вы вообще видели себя⁈ Дикари, пьяницы и идиоты поголовно! Любую задачу умудряетесь испоганить! И почему мне достался такой город⁈ Другое дело — Париж! Там и армия сильнее, и девки краше! Ха-ха-ха!
Мужчина даже зашёлся в истерическом хохоте.
Толпа ахнула, недоверчиво подалась вперёд, но законники на лошадях, что окружали сцену, не позволили жителям приблизиться. После чего поднялся такой гвалт, что Фиалке даже пришлось поднять ладонь, чтобы утихомирить людей.
Вот только Лорд Шериф, начав говорить, уже просто не мог остановиться.
— Я продал генерала Эрика и всех его солдат! Ради хорошего поместья и гарема красоток! Ради безбедной жизни в городе-победителе! Париж придёт и размажет вас всех! После чего возьмёт в рабство! А я буду попивать коктейль и в ус не дуть! Парижане освободят меня!
Его последние слова стали подобно разорвавшейся бомбе. Игроки вскинули кулаки, закричали что есть мочи на своего бывшего Лорда. Их лица обезобразили ярость и обида
Это больше не было сборищем простых жителей. Теперь толпа трансформировалась во что-то мифическое, во что-то могущественное.
В самого настоящего Левиафана, монстра, что способен созидать и разрушать. Животное невероятной мощи и столь же древнее, как и сама цивилизация.
Известно, что в какой-то момент, когда люди собираются в толпу, они теряют самих себя. Даже самый культурный выпускник филармонии способен превратиться в яростного и бескомпромиссного бунтовщика.
Так и сейчас в многоголосом Левиафане уже нельзя было вычленить ни законников, ни фермеров, ни работников пера и чернил.
Все они смешались, стали лишь незримой частичкой древнего зверя.
И этот зверь, как никогда прежде, жаждал хлеба и зрелищ. Мести и справедливости. Покаяния и наказания.
Толпа жаждала ответить на слова Лорда Шерифа.
Тут и там стали звучать призывы идти громить поместье Лорда и магазины. Безумие нахлынуло на мирных некогда жителей.
Но громче всего требовали покарать Лорда-предателя. И эти голоса звучали всё громче.
