Судя по замолкшей толпе, последнее сообщение появилось и перед ними. Десятки пар глаз уставились в грохочущем безмолвии на белого, как полотно, Джорджа.
— Лишился депутатской неприкосновенности, значит? — хмыкнул лесоруб под два метра. Он в предвкушении хрустнул костяшками.
— Думаю, Королевская Стража не будет против, если мы решим наши разногласия по-мужски? — лесорубы обернулись в сторону стражников, до этого момента контролировавших ситуацию.
Мужчины в доспехах переглянулись и пожали плечами. Они точно также выбирали Джорджа как своего депутата, а потому их разочарование было не меньше, чем у лесорубов.
— Нападения на депутата замечено не было. У нас ведь и депутата больше нет! А что до драки между жителями форпоста… Так мы могли и слегка не успеть, — заявили стражники. — Но только без травм.
— А нам и этого хватит! — взревели мужики, и человеческой волной ринулись на паникующего Джорджа.
— Стойте! Подождите! Я же ваш представитель в Парламенте! Остановитесь!
Уже через секунду ему в челюсть прилетел мощный удар от лесоруба. В мгновение ока толстяка повалили на землю. И стали пинать по ногам, рукам и животу. Умеренно, но с чувством. В голову никто не целился.
Как-никак они — цивилизованные люди, а не дикари какие!
Уже через несколько минут стражники вытащили избитого бывшего депутата из толпы мужиков. И без лишних слов потащили его в отделение Королевского Сыска.
У последнего к Джорджу было ой как много вопросов касательно его «работы» в столице Спартанского Королевства.
Уже в течение двух недель с момента создания Прокуратуры в Парламенте начались масштабные перестановки.
Публичные расследования открыли глаза спартанскому народу на так называемых «слуг общественности». Многим депутатам пришлось возвращаться в свои участки, чтобы стабилизировать ситуацию.
Кому-то это удавалось, благодаря тому, что человек не так чтобы серьёзно погряз в тёмных делишках. А вот кто-то моментально лишался статуса депутата. После чего в некоторых местах в ход пошли кулаки..
Естественно, до смертей никто доводить не стал. Да и Королевская Стража не станет игнорировать подобное преступление. Но вот провинившихся преступников, утративших депутатскую неприкосновенность, оперативно отдавали Королевскому Сыску и Королевскому же Суду.
Там игрокам назначали соответствующее наказание, и те отправлялись далеко-далеко прокладывать железную дорогу наряду с другими преступниками.
Благодаря моему назначению Богучарова Обер-прокурором, началась полноценная чистка авгиевых конюшен. Впрочем, именно ради этого я и вызывал мужчину в столицу.
Он должен был стать моим карающим клинком, который будет всегда на виду у недобросовестных чиновников и который всегда будет напоминать им об их настоящем долге.
Помимо всего прочего заработало и министерство госконтроля. В отличие от Прокураторы, это ведомство отвечает именно что за работу Канцелярии. Пока прокуроры карают виновных и выносят мусор из избы, ревизоры докапываются до истины и передают добытые сведения вверх по инстанции.
Обе организации работают бок о бок, а я над ними как верховный арбитр.
Главное — что государственная машина вновь заработала в прежнем темпе. Мешающая работе паутина неконтролируемых подкомитетов была распутана, а недобросовестные механики, в лице депутатов, оказались попросту сняты со своих должностей.
Прокуратора и Госконтроль прошлись по всему госаппарату, поднимая на поверхность всё больше грязи. Лишались должностей десятки помощников, адъютантов, секретарей и писарей. Всякий, кто оказался нечист на руку.
Но это хорошо. Вскрыть этот гнойник требовалось уже довольно давно. И этот момент, наконец, наступил.
Эти перемены сделают мое Королевство лишь сильнее и эффективнее. Уже сейчас из Междуречья текут обнадеживающие отчёты. Поставки товаров возобновились. Поселения активно строятся и развиваются. Поля картошки ширятся, а полчища монстров всё дальше отступают в леса и горы.
Спарта сбросила с себя серьёзное бремя и будто бы обрела второе дыхание. Я это чувствовал, это ощущали и мои министры. С приходом нового волка бараны как-то резко затихли и больше не смели поднимать свои головы.
Многое было сделано за это время. Многое, но не всё.
Наступает момент, которого я ждал уже достаточно долго. Момент, который я хотел верить, что не настанет так скоро.
Но как говорится, горбатого исправить одна лишь могила. А потому я даю отмашку гвардейцу, ожидавшему моего приказа у самых дверей кабинета.
Пора отрубить последнюю голову гидры.
Горунов пытался работать на должности нового министра Госконтроля. Он действительно пытался!
Блондин осознавал, что это была его единственная возможность возвыситься. Ведь власть-то в Парламенте он утратил безвозвратно! И даже не потому, что он перешёл в Канцелярию. Вовсе нет!
Всему виной то, что его подельники, товарищи, просто хорошие знакомые оказались сняты со своих должностей! Та буря, что поднял Богучаров в Парламенте, едва не засекла и самого Горунова! Ему стоило немалых усилий подчистить хвосты в самый последний момент.
