Парабатаи были странными. Так близки — и все же это был не брак, но и не просто дружба. В мире примитивных не было реального аналога. И его привлекало это — идея быть связанным с кем-то так же, как его привлекала каждая опасная и прекрасная составляющая мира Сумеречных охотников.
Может быть, Тай…
Джулиан встал, посадив Тавви в кресло. Он протянул руки, хрустнув костяшками.
— Дело в том, что нам нужен Киран, — сказал он.
Эвелин фыркнула.
— Я догадываюсь, для чего может понадобиться Лорд фейри, — бросила она. — Да для чего угодно.
Джулиан прошептал что-то на ухо Тавви. Через мгновение мальчик поднялся на ноги.
— Мисс Хайсмит, — начал он. — Мой младший брат измотан, но он говорит, что не знает, где его спальня.
Не могли бы вы показать ему?
Эвелин раздраженно посмотрела на Джулиана и Тавви, который кротко ей улыбнулся, демонстрируя свои ямочки.
— Разве ты не можешь проводить ребенка?
— Я только что приехал, — ответил Джулиан. — Я понятия не имею, где находится комната. — Он добавил свою собственную улыбку к улыбке Тавви. Джулиан умел излучать очарование, когда хотел этого, о чем Кит почти забыл.
Эвелин огляделась, чтобы узнать, есть ли желающие взять на себя это задание; никто не шевельнулся.
Наконец, фыркнув от отвращения, она щелкнула пальцами, указав на Тавви, и произнесла:
— Ну, иди сюда, дитя, — и вышла из комнаты, потянув его за собой.
Улыбка Джулиана изогнулась. Кит не мог не почувствовать, что Джулиан использовал Эвелин, чтобы избавиться от Кирана, Тавви и самой Эвелин, и сделал это так искусно, что никто не смог доказать бы этого.
Если когда-нибудь Джулиан захотел бы податься в криминалисты, подумал Кит, он бы преуспел в этом.
— Нам нужно, чтобы Киран заключил сделку с Конклавом, — произнес Джулиан, словно ничего не произошло. — Когда мы нашли его у фейри, его отец собирался убить его. Он смог сбежать, но он не будет в безопасности, пока Король Неблагого двора на троне. Он беспокойно провел руками по волосам; Кит задавался вопросом, как Джулиан держит все это в своей голове: планы, интриги, тайны, правду.
— Королева тоже хочет, чтобы Король покинул трон, — сказала Эмма. — Она готова помочь нам заменить его братом Кирана, взамен Киран должен будет пообещать убедить его.
— Брат Кирана будет лучше, чем тот, кто сейчас на троне? — спросила Дрю.
— Он будет лучше, — подтвердила Эмма. — Веришь ты в это, или нет.
— Киран также будет выступать перед Советом, — заявил Джулиан. — Он доставит сообщение Королевы о том, что она готова присоединиться к нам ради победы над Королем. Он может подтвердить Совету, что делает Король в Неблагом дворе…
— Но вы бы сами могли рассказать им об этом, — предложил Кит.
— Мы и так рискнули навлечь гнев Конклава тем, что отправились в Земли фейри, — пояснил Джулиан. — Не говоря уже о том, что, даже если тут мы сможем выкрутиться, нас не простят за то, что мы заключили сделку с королевой Благого двора.
Кит должен был признать, что Джулиан прав. Он знал, как много неприятностей принесло Блэкторнам то, что они торговались с конвоем фейри, для того, чтобы вернуть Марка домой. Но Королева Благого двора была на совершенно ином уровне запрета. Это было похоже на то, чтобы получить устное предупреждение за переход дороги на красный свет, а затем вернуться на следующий день и взорвать всю улицу.
— Но с Кираном вы никуда не сможете выйти, — заметил он.
— Дело не только в нас, — сказала Эмма. — Если Совет послушает его, это может положить конец Холодному миру. Фактически, так и должно произойти. Им придется поверить ему — он не может лгать, и если Королева готова сразиться вместе с Конклавом против Короля Неблагого двора, я не думаю, что они смогут отказаться.
— Это означает, что мы должны держать Кирана в безопасности, — подытожил Джулиан. — Мы так же не должны ссориться с ним.
— Потому что он делает это ради Марка? — спросила Дрю.
— Но Марк расстался с ним, — сказала Ливви, а затем оглянулась вокруг. Ее конский хвост прошелся по плечу Кита. — Я не должна была этого говорить?
— Нет, — ответил Марк. — Это правда. Но Киран не помнит этого. Когда Суд Неблагого двора пытал его, он потерял часть своих воспоминаний. Он не помнит о том, что привез посланника в Институт, как Эмму и Джулиана избивали, или какую опасность он навлек на нас своими поспешностью и гневом. — Он посмотрел на свои переплетающиеся руки. — И не нужно ему рассказывать об этом.
— Но… Эмма, — начала Ливви. — Мы должны притворяться, что они с Марком не…? — Кит наклонился к Таю. Тай пах чернилами и шерстью.
— Я не понимаю ничего из этого.
— Как и я, — прошептал Тай. — Все слишком запутано.
— Марк и я, — объявила Эмма, очень внимательно глядя на Марка. — Мы расстались.
Кит задавался вопросом, знает ли об этом Марк. Он не мог скрыть удивление на своем лице.
— Просто не сложилось, — продолжила Эмма. — Значит, все в порядке, что бы ни делал Марк.
— Они расстались? — прошептала Ливви. Тай пожал плечами, сбитый с толку. Ливви напряглась и начала переводить взгляд с Эммы на Марка, и обратно, явно обеспокоенная.
