— Вы уж постарайтесь не слишком шуметь, — раздается на общем канале голос Ло. — Отбивать ещё один штурм базы в наши планы не входит. Мне вполне хватило первого наката, случившегося сразу после аварийной посадки бота.
— Вообще-то, мне тоже более чем хватило, — немедленно соглашается Тапар, и я его прекрасно понимаю, он ведь в итоге остался один из всего своего отряда.
— Значит, будем делать всё так, чтобы нападение на робота-разведчика выглядело, как засада, устроенная големами, пришедшими из соседнего укрепрайона тайкунов, — предлагаю я наиболее простой, на мой взгляд, вариант. — Не зря же Тапар несет с собой построитель иллюзий. Не думаю, что сканеры времен империи смогут отличить созданные им фантомы от настоящих противников.
— Пока атакованный робот не начнет по ним стрелять, точно не отличат, — подтверждает Тапар.
— Значит, придется сделать так, чтобы выстрелить он не успел.
— У этой модели довольно прочный силовой щит, — предупреждает Ло. — Ваше оружие с одного выстрела его не пробьет.
— Не страшно. Выстрелов будет несколько, причем с двух сторон, как раз оттуда, где сразу после залпа появятся фантомы големов. Точную диспозицию сейчас обсуждать бессмысленно, мы ведь не знаем, в каком именно месте окажется робот, когда мы на него выйдем.
— Пока он идет почти точно на север, практически вам навстречу, — сообщает Кан. — Никуда не торопится и старается соблюдать максимальную скрытность. На месте вы будете минут через десять.
Тапар, похоже, изрядно нервничает, хотя бояться ему особо нечего. Он, как новогодняя ёлка обвешан конструктами и защищен не хуже тяжелого пехотинца кибов, причем не времен империи, а вполне себе современного. Кан рассказывал мне, что собой представляет такая броня и показывал её характеристики. Человек в ней превращается в настоящую машину смерти, так что защита Тапара спокойно выдержит и десяток прямых попаданий из легких пушек робота-разведчика, и атаку его летающего дрона, и даже два-три близких взрыва более тяжелых снарядов, если вычислитель укрепрайона решит поддержать попавшего в засаду разведчика артиллерийским огнем. Правда, с таким уровнем маскировки, как у Тапара, попасть под серьезную раздачу нужно ещё суметь. Сканеры полуторавековой давности его просто не увидят, а если и засекут некую размытую тень в момент активных перемещений с одновременным ведением огня, то почти сразу и потеряют.
Тем не менее тайкун чувствует себя неспокойно, хоть и пытается этого не показывать. В принципе, понять его можно. Фактически это его первый боевой выход, если не считать ситуации, в которой мы с ним познакомились. Но тогда в нас никто не стрелял. Так, дроны-разведчики вокруг покружились, и этим всё ограничилось.
— Две минуты до цели — предупреждает Ло. — Робот сменил направление и идет на северо-восток, к чужой границе ничейной зоны. Похоже, ищет удобную позицию, чтобы обстрелять какие-то цели в укрепрайоне противника.
— Может оно и к лучшему, — отвечаю я на общем канале. — Под шумок этой заварушки будет даже проще провернуть нашу затею.
— Изначальным планом такой вариант не предусматривался, — впервые подключается к обсуждению Шела. — Вычислитель указывает на резкий рост вероятности вмешательства в операцию случайных факторов. Вы можете оказаться под перекрестным огнем стационарных огневых точек двух укрепрайонов.
— Сергей, может нам стоит найти другую цель? Их в этом лесу не одна и не две. Выбор есть, — осторожно предлагает Тапар. Показаться трусом ему не хочется, но и лезть в откровенную авантюру он тоже желанием не горит.
— Давайте просто подождем немного. Не факт, что робот вообще станет устраивать какую-то провокацию. Не так много подобных машин осталось в укрепрайонах, чтобы ими так рисковать.
— Искусственный интеллект не может бездействовать, игнорируя поставленную боевую задачу. — возражает Шела. — Идти на риск его вынуждает изначальный приказ, полученный ещё полтора века назад. А что касается численности боевых роботов, так многих из них после полученных повреждений удается вернуть в строй. В составе техники укрепрайонов есть ремдроны, да и на подземных этажах бункеров имеются серьезные ремонтные мощности. Без них здесь всё давно бы развалилось и перестало функционировать.
Я ничего не отвечаю и просто останавливаюсь. Тапар тоже сразу прекращает движение. До идущего к какой-то своей цели робота остается около двухсот метров. По идее нам стоило бы устроить засаду на его пути, но он действительно крадется к условной границе ничейной зоны, и если следовать исходному плану, нам придется тоже опасно приблизиться к укрепрайону тайкунов.
— Тапар, вы можете чем-нибудь привлечь его внимание? — спрашиваю тайкуна, почти не сомневаясь, что такая возможность у него есть. — Желательно так, чтобы он не начал сразу стрелять, а отправился посмотреть, что это там ему почудилось.
— Можно попробовать, но точно предсказать реакцию этого механизма я не могу.
