Третьего залпа мы так и не дожидаемся. Видимо, осознав, что шансы накрыть цели слишком малы, наши противники решают не тратить зря ценные боеприпасы. Дроны-разведчики и летающие големы ещё какое-то время кружат над чащей, старательно избегая сближения друг с другом, но потом успокаиваются и возвращаются в укрепрайоны. Похоже, неконтролируемой эскалации конфликта нам всё же удается избежать, но меня явно ждет очень неприятный разговор с Ло.
Мы переходим на шаг и восстанавливаем дыхание.
— Ну как вы, Тапар? — улыбаюсь я тайкуну.
— Давно так не бегал, — качает головой союзник. — Теряю форму. Попросить что ли Ло погонять меня немного в спортзале?
— Как там наш трофей? Не раскурочило его случайным снарядом?
— Нормально всё с вашей пушкой, — отвечает за Тапара Кан. — Подождем час-другой, чтобы всё улеглось, и отправлю за ней ремонтного робота.
Вопреки моим ожиданиям, устраивать скандал и качать права Ло не стала. В конце концов, всё ведь закончилось более или менее нормально, а на то, что я признаю её право отдавать мне приказы, она вряд ли рассчитывает. Старый армейский принцип: если командир по каким-то причинам не может наказать подчиненного за совершенный проступок, он должен этот проступок не заметить. Здесь, конечно, ситуация несколько иная, но ронять свой авторитет, бодаясь со мной с вполне предсказуемым результатом, Ло однозначно не хочет. К тому же её правоту я ведь в итоге всё-таки признал и пушку бросил, так что всё она делает правильно. Незачем эту ситуацию лишний раз педалировать.
В целом я результатом охоты доволен. Трофей нам добыть удалось, да и пищу для размышлений мы получили весьма обильную. Понять бы ещё, почему реакция на наши действия оказалась настолько агрессивной. Впрочем, кидаться снарядами здешние обитатели иногда начинают и по более скромным поводам. Достаточно вспомнить, как нас с Данжуром едва не накрыло артиллерийским залпом на месте моей схватки с бандитами Уильяма Кёлера в Змеином лесу. А ведь тогда мы просто сильно нашумели, и не более того.
Новая экипировка показала себя очень неплохо. Правда, проверить в деле силовой щит так и не получилось, но может, оно и к лучшему. А вот серп пустоты оказался очень интересным инструментом. Жаль, что не удалось испытать его в полную силу, ведь войти в состояние обостренного восприятия во время рейда я так и не смог. Кстати, а почему я до сих пор не спросил Тапара об этой моей способности? Ответа на этот вопрос я не нахожу, но раз раньше меня от этого что-то удерживало, то и сейчас стоит сначала хорошо подумать, и только потом идти беседовать с тайкуном на эту тему.
Уже поздний вечер, почти ночь, но ужинаем мы все вместе. Тапар выглядит очень усталым и в основном молчит, вяло ковыряя вилкой в своей тарелке. Видимо, накрыло его отходняком после нашей весьма нервной прогулки. Я тоже предпочитаю больше слушать, что обсуждают союзники, а не говорить сам.
— Прежде чем ещё раз соваться к укрепрайонам, нужно понять, что именно в действиях Тапара и Сергея спровоцировало такую бурную реакцию местных обитателей, — категорично заявляет Ло. — Пока не поймем причину, больше никаких рейдов.
— Может стоит перенести все наши активные действия в Змеиный лес? — предлагает Кан.
— Там вокруг тоже живут люди, — с сомнением качает головой Шела, — да и нам самим в таких условиях работать будет очень сложно. Рано или поздно попадем под серьезный удар, пусть даже и случайно. С теорией вероятности не поспоришь, а прямое попадание ракеты или снаряда даже среднего калибра — это совсем не то, что любому из нас хотелось бы испытать на себе.
— Есть предположения, что там всё-таки произошло? — спрашивает Ло, глядя в основном на Кана и Шелу. От Тапара сейчас толку нет, а меня Ло воспринимает скорее как бойца и, может быть, как вполне сносного тактика, но не как инженера или аналитика.
— Я вижу две странности, — немного подумав, отвечает Кан. — Первая — это полное бездействие укрепрайона иншеров на начальном этапе схватки. Не заметить развернувшиеся боевые действия там однозначно не могли, однако до какого-то момента их просто игнорировали. Второе — это, безусловно, артиллерийские удары по площадям, при которых обеими сторонами было израсходовано очень много боеприпасов. Неадекватно много. Думаю, оба этих момента как-то связаны между собой, но внятного объяснения я пока не нахожу.
— Причина у обоих явлений действительно одна и та же, — соглашается Шела. — Кстати, вы обратили внимание, что оба укрепрайона на самом деле реагировали на происходящее почти одинаково? Сначала некий ступор, а потом чрезмерно агрессивный ответ.
— Имперские роботы и стационарные огневые точки вступили в бой намного раньше, — возражает Ло.
