— Будь осторожен, Сергей. Мой шеф прав, здесь многие хотят твоей смерти, — негромко произносит Виктория. — Лучше бы вам с Шелой как можно быстрее покинуть город, хоть мне и жаль, что в этом случае мы не успеем отметить твое новое продвижение по карьерной лестнице. В прошлый раз это получилось очень неплохо.
Вот что это было? Провокация с целью понять степень близости моих отношений с Шелой? Вполне возможно. Но может быть и просто намек на то, что она не прочь повторить ту ночь, когда мы отмечали мое лейтенантское звание.
— Да, тогда всё прошло просто замечательно, — ничуть не кривя душой, отвечаю Виктории.
Мы проходим мимо дверей обеденного зала и направляемся к выходу. Я открываю перед Викторией дверь, и улица встречает нас порывом холодного ветра. Я на подобные капризы погоды привык не обращать внимания, а моя спутница зябко передергивает плечами и делает шаг к ожидающему её экипажу.
— Я понимаю, что многое изменилось, Сергей, — негромко говорит Виктория, — но я своих привычек не меняю. Мой адрес всё тот же, Первая Рокадная семь, и по воскресеньям я, как и раньше, завтракаю в небольшой таверне у южных ворот.
Я подаю ей руку и помогаю сеть в пролетку.
— Удачи тебе, шевалье Белов, — улыбается Виктория и экипаж плавно трогается с места.
Несколько секунд я смотрю ей вслед, обдумывая, какую игру снова затеял полковник Павлов, и велик ли шанс, что на самом деле это совсем не его игра, а потом разворачиваюсь и делаю шаг к дверям гостиницы, но спокойно вернуться в номер мне не дают.
— Шевалье Белов? — раздается рядом со мной неприятный голос. Такое ощущение, что говорящий через силу выцеживает из себя слова.
Я останавливаюсь и вижу, что путь к дверям мне преграждают трое богато одетых молодых людей на несколько лет старше меня.
— Чем обязан? — мой голос звучит спокойно и даже равнодушно, но я понимаю, что это и есть начало тех самых неприятностей, о которых меня уже дважды сегодня предупреждали.
— Мое имя Станислав Слуцкий, — представляется самый старший из этой троицы, глядя на меня, как на выползшего из щели в полу таракана. — Рад, что мне не пришлось тратить время на ваши поиски. Я двоюродный брат убитого вами шевалье Руслана Слуцкого. Вы, конечно, родом из деревни, но полагаю, даже вам понятно, зачем я здесь. Я вызываю вас на поединок, и если вам хоть немного дорог ваш новый статус, вы не сможете отказать мне в удовлетворении. Разрешите представить вам моих секундантов.
Я снова сижу за столом напротив полковника Павлова, но на этот раз мы беседуем у нас в гостиничном номере.
— Я бы, конечно, мог сказать, что тебя даже на час нельзя одного оставить, чтобы ты не вляпался в какие-то неприятности, — удивительно спокойным для сложившейся ситуации тоном произносит мой бывший начальник, — но это было бы не вполне справедливо. На дуэль тебя бы в любом случае кто-то из Слуцких вызвал, но я не думал, что это случится так скоро.
— Чем мне всё это грозит?
— Ничем особенным, кроме гибели во время поединка, — Павлов по-прежнему невозмутим. — Правда, зная тебя, я уверен, что убить себя ты не позволишь. Впрочем, в таких делах никогда нельзя с полной уверенностью предсказать исход. Легко тебе не будет, это точно.
— Что хоть собой представляют эти дуэли? — вклинивается в наш диалог Шела. В отличие от полковника, она не пытается делать вид, что совсем за меня не переживает.
— Старый ритуал, имеющий несколько вариантов, — начинает рассказывать Павлов. — Противник Сергея выбрал из них самый жесткий — поединок до смерти одного из участников с переходом всего имущества проигравшего победителю. Такая разновидность дуэли допустима далеко не всегда, но в вашем случае она возможна. Речь идет не о публичном оскорблении или защите чести, а о мести за убийство близкого родственника. При таком раскладе ограничения в дуэльном кодексе минимальны.
— Отказаться от поединка можно?
— Только по уважительной причине. Нужно иметь физическое увечье или серьезные проблемы со здоровьем, либо занимать должность, непосредственно влияющую на безопасность баронства. Меня, например, вызвать на поединок нельзя. У Сергея ни одной из этих причин нет, а отказ без причины ведет к понижению статуса на одну ступень. В нашем случае Сергей вновь станет простолюдином. Процедура займет какое-то время, но итог будет именно таким.
— Место, оружие, правила? — продолжает вытягивать из полковника информацию Шела.
