– Я никогда не… помогу, конечно, – срывающимся шепотом пробормотал он. – Вы… могу я спросить… нет, не буду спрашивать. Простите мою нескромность. Но… с вами все в порядке, леди?
– Где ты тут видишь порядок? – смутилась я с преувеличенным вниманием, чтобы не встречаться взглядами с Эльдером, рассматривая неподвижную фигуру рыжеволосого фантома. Вот у нее, к моей радости, все в порядке. А я-то боялась – рассыплется без моего внимания искорками, и придется обойтись без нее. – Как тут Инитаэра поживала?
– Поживала?! – фыркнул дракончик. – Да я полчаса ехал бок о бок с окоченевшим трупом! Испереживался весь. Требую компенсации морального ущерба!
– И никакая она не окоченевшая. Тепленькая, – я дотронулась до сложенных на коленях ладоней фантома. – Банка свежего зимнего меда тебя устроит, вымогатель?
– Две! – Он дернул шнурки корсажа так, что я едва не задохнулась. – И третья – в подарок моему бедному сердцу, которое едва не разорвалось при виде одной ворвавшейся сюда сумасшедшей леди.
– Это кого ты имеешь в виду? – Я надела с помощью пажа верхнюю юбку, потом лиф, и Эльдер принялся застегивать бесчисленные крючочки.
– Да так! – расфыркался он. – Не жизнь с такой госпожой, а сплошная нервотрепка. Да еще и Яррен влип по полной.
– А что с ним?
– Инсеи его унюхали. Надо бы подобрать парня. Можно?
То-то карета оказалась совсем в другой стороне от ристалища. Я кивнула. Эльдер воодушевился.
– Что будем делать с вашей прической, леди? Где заколки, шпильки, гребни?
– Выпали где-то. Я очень торопилась.
Эльдер высунулся в окошко.
– Канис! Заверни к лавке с дамскими шпильками и лентами. Как она там у вас называется…
– Галантерея, неуч! А еще благородный.
– Я-то хоть благородный неуч, а тебе и этого не дано, коновал ученый.
Милые у них отношения, однако.
Завернули. Эльдер, взяв у меня кошель с мелочью, вылетел стрелой. Помчался, распихивая многочисленных гуляк, спешивших к воротам.
Через несколько мгновений только и слышно было удалявшееся:
– Ах ты, дрянь!
– Стой, паршивец! Ты мне все ноги (туфли, юбки) отдавил (обступал, оборвал)! Кто платить будет?! Стой!
– Держи его!
Внезапно крики стали приближаться:
– Лови его! Лови! Вот он!
– Нет, вот он туда побежал! Держи его!
Дверца распахнулась, и… это уже становится традицией… в карету влетел замотанный в монашеский плащ человек.
– Простите, прекрасные леди! Только вы можете спасти мою жизнь! – он захлопнул дверцу и задвинул щеколду. – Умоляю, не выдавайте меня моим убийцам!
Удивительно знакомый голос. И какое счастье, что этот разыскиваемый по всему королевству тип не вломился в карету минутой раньше! Вот была бы пикантная картина…
Приступаем к спектаклю. Если меня выгонят из королей, подамся в актрисы.
– Да как вы посмели?! – разгневанный вскрик ожившего фантома.
– Спокойно, Инитаэра, – моя реплика. – Кажется, я знаю этого человека. Судя по голосу, его имя – Яррен.
Он скинул капюшон. От его взъерошенных – хуже, чем у меня – светлых волос словно рассыпались солнечные зайчики. Сверкнули яркие инсейские глаза, сегодня – небесно-синие, с яростно полыхавшими золотыми солнышками вокруг зрачков.
– Айрани? Вы? – озарился он улыбкой. Сел по моему приглашающему жесту рядом.
Церемонии представления помешал вопль Каниса:
– Эй! А ты куда прешь? Не видишь, княжеский герб на карете, остолоп!
Где была его бдительность минуту назад?
Дверцу кто-то дернул за ручку с такой силой, что карета качнулась, как шхуна, взятая на абордаж. Мне, конечно, не приходилось плавать по морю, но книжек мы с Лилианой прочитали много. Инитаэра испуганно охнула. Я отодвинула занавеску.
Правильно говорят, где появится один инсей, там тут же собирается стая. Нашу маленькую скорлупку алчно пытался вскрыть не кто иной, как царевич Даэль, одетый по-прежнему в маскировочный балахон послушника. Его послушничество заканчивалось на закате, перед самым балом. Так что, во всем блеске он притащится во дворец только вечером. А пока он – всего лишь фрар[1]. Зато позади, распугивая толпу, возвышались еще четверо дуболомов в рясах и с оружием. Интересную обитель выбрал инсей для духовного очищения.
– Что вам угодно? – возмутилась я. – Ах, кажется, я вас где-то видела… Не могу припомнить…
В злых кошачьих глазах мелькнуло узнавание. Царевич сделал шаг назад, учтиво поклонился… занавеске, так как я срочно ретировалась и выдвинула в лобовую атаку тяжелую конницу: мой фантом.
– Ах! – взмахнула ресничками прекрасная Инитаэра. И вполоборота внутрь кареты, громким шепотом: – Конечно, мы видели этого инсея, сестра. Он был просителем на королевском приеме. Барон фьерр Гирт едва зубы не раскрошил – так на него скрежетал! – Инитаэра, повернувшись к царевичу, любезно улыбнулась: – Так чем мы обязаны таким вниманием?
Вот уж кто скрежетал зубами, так это Даэль в данный момент. Он стиснул их так, что обрисовались желваки на высоких скулах. Но тут же опомнился, убрал из глаз злость, натянул на лицо восхищенную улыбку, а голос пролился с елейной мягкостью:
– Приношу глубочайшие извинения, великолепная княжна, но люди показали, что в вашу карету забрался беглый монах, которого ищет наш орден.
