Вера заняла место рядом с Саней, ухаживала за ним, без конца подкладывала ему в тарелку еды, невзирая на протесты, и смотрела на него с неприкрытым обожанием. Вадим был поражен, тем более что никого это, кроме него, не удивляло.
Спиртных напитков на столе не было, но кто-то из старших ребят тайком принес бутылку водки, которую отправились распивать в дом так, чтобы не увидела Вера.
— Ябеда сразу настучит родителям, — предупредил Мишка, как только Вера отошла к подругам. — Сань, бери Вадима, пошли ко мне, пропустим по одной.
— Ты же знаешь, я не пью, и вам не советую.
— Ну не пей, нам больше достанется, а все равно пошли, поговорить надо.
Включили магнитофон, и оставшаяся в саду детвора пустилась в пляс.
Комната у Мишки была престранная. В ней находилось два стола, поставленных рядом в виде буквы «т», как это делается в кабинетах партийных деятелей, по сторонам одного стола, как и положено, стояли стулья, над начальственным креслом на стене висел фотографический портрет Мишки в костюме и при галстуке.
— Прошу садиться, — с царственным видом предложил хозяин, опускаясь в кресло под собственным портретом.
— Это еще что за цирк? — приглушенно спросил Вадим.
— Мишка мечтает стать большим начальником и готовит себя к этой роли заблаговременно, — спокойно пояснил Саня.
— Да у него крыша поехала, — прошипел Вадим.
— Что ж, у каждого крыша едет по-своему, — невозмутимо возразил его друг.
Тем временем на стол водрузили бутылку и поставили маленькие стаканы.
Мишка обратился к Вадиму:
— Сане я не предлагаю, он зарекся водку пить из-за своего отца, но тебе-то можно самую малость?
— И ему нельзя, — сурово отрезал Саня, и Мишка не стал настаивать.
— Жаль, хотел выпить с тобой на мировую. — Он залпом проглотил содержимое стаканчика и вытер рот рукавом. — Я тебе вчера гнусностей наговорил, только это по незнанию. Саня мне все разъяснил и указал на мои ошибки. Критику признаю справедливой, приму все необходимые меры для устранения недостатков…
— Михаил, не увлекайся, — прервал его Саня, — извинись по-человечески, не тяни волынку.
Мишка от одной выпитой рюмки моментально захмелел и пошел на Вадима, вальяжно раскинув руки, с пьяным восторгом на лице:
— Дружбан, забудем все! Дай-ка я тебя от души расцелую!
Саня встал перед ним.
— Ми-ша, — раздельно произнес он, — на генерального ты пока не тянешь.
В дверь требовательно забарабанили.
— Вера! — мгновенно трезвея, произнес Мишка. — Везде достанет. Прячьте все, живо! Вовка, иди открой.
Вошла Вера в сопровождении любопытной малышни. Саня поспешно отвернулся к стене, опасаясь, что она заподозрит его в причастности к несанкционированной пьянке, и принялся с величайшим вниманием разглядывать репродукцию картины Саврасова «Грачи прилетели». Точно такая же висела у него дома, в его комнате, и даже Вадим уже знал каждый ее штрих наизусть.
— А ничего картина, да? — сказал Вадим.
— Блеск! — отозвался Саня, отступая на шаг с видом эстета.
— Первый раз видишь? — спросил Вадим.
— Таким произведением можно любоваться бесконечно! — воскликнул тот и подкрепил свои слова вдохновенным жестом.
Вадим пихнул его в бок. Саня обернулся и оказался лицом к лицу с Верой и еще с десятком ребят, которые, вытянув шеи, выглядывали из-за ее спины и недоуменно таращились на объект, привлекший внимание всеобщего любимца.
— Вы почему заперлись? — спросила Вера, обводя собравшихся подозрительным взглядом. — Водку пили? Я все папе расскажу!
Она по-детски гневно и непримиримо воззрилась на Саню.
— Не вздумай меня обманывать! — заявила юная командирша и топнула ногой.
Саня молчал и ласково улыбался ей своей обаятельной улыбкой. Она безо всякого стеснения притянула к себе его голову и обнюхала губы, ноздри и даже светлые пушистые ресницы.
— Вот здесь забыла, — сказал он, прикладывая палец к щеке.
Проигнорировав последнее замечание, она с неподражаемой важностью взяла его за руку и повела за собой, словно пленника, добытого в бою. Прежде чем выйти, девочка погрозила пальцем брату и его сообщникам.
— Фу-у, пацаны, кажется, пронесло, — с облегчением вздохнул Мишка. — Вадь, сиди тут. Если снова с ревизией нагрянет, мы тебя предъявим как доказательство трезвости. Хотя, раз Саня с ней, вряд ли снова придет.
— Почему Вера так к нему привязана? — спросил Вадим.
— А, долгая история, — махнул рукой Мишка, — если вкратце, так можно сказать, что он ее выходил, а то она чуть было инвалидом не осталась.
Вадима это объяснение не удовлетворило. Он не сдавался и продолжал расспросы. Историю выздоровления Веры знали все. Рассказывали сумбурно, перебивая друг друга, добавляя упущенные детали, спорили, что говорила Вера или Саня, и в какой момент — все это было крайне важно и не подлежало искажению.
