Александр захотел осмотреть дом. Вадим с гордостью продемонстрировал ему свой кабинет, выдержанный в классическом стиле, где стены были отделаны панелями из ореха, мебель — резьбой и тиснением; библиотеку со встроенным камином и книжными шкафами до потолка; столовую, решенную в парадном стиле, и не менее роскошную гостиную; изысканно оформленные спальни с мягкими коврами на полу и воздушными драпировками на окнах; санузлы, выложенные мозаикой всех оттенков голубого с маленькими нишами в стенах, где красовались раковины, морские звезды и камни. Во всех помещениях стояла мебель из дерева ценных пород, торжественности добавляли лепные потолки, зеркала, фарфор, антикварные часы и статуэтки.
Александру все нравилось, он хвалил обстановку, дизайн, интерьер. Особенный интерес у него вызвало собрание картин да еще огромный аквариум в гостиной.
— Ах, красавец! — восклицал он при виде крупного жемчужного гурами. — А самка гупи у вас на сносях. Отделить надо, а то мальков съедят. Кто у тебя за аквариумом смотрит?
Позови, я скажу. Вон ту скалярию тоже надо отделить. Видишь, белый налет на плавнике? Это значит, что она больна. Других может заразить.
— Ну вот, а ты говоришь — не кричи на них. И здесь порядка нет.
— Вадим Петрович, — позвал Игорь. — Вас к телефону просят, из банка. Говорят, очень срочно.
— Прости, — сказал Вадим, — я свой мобильник отключил, так ведь все равно достанут. Сейчас вернусь, не уходи.
Однако через минуту Александр сам влетел к нему в кабинет и уставился на друга потрясенным взглядом. Вадим, безжалостно распекая кого-то по телефону, осекся на полуслове и положил трубку.
— Что? — встревожился он. — Что случилось?
— Там, в библиотеке, кто это? — почему-то шепотом спросил Александр. — Фантастическое видение. Увидела меня и убежала.
— О чем ты? — не понял Вадим. — Подожди, сядь, успокойся. Игорь, иди сюда! Сань, кого ты видел, объясни толком.
— Девушку, — мечтательно произнес Александр. — Дивное создание. Ожившая китайская миниатюра!
— По всей вероятности, Александр Юрьевич имеет в виду нашу горничную-китаянку, — подсказал Игорь.
— У нас есть китаянка? — удивился Вадим. — Ах да, сейчас припоминаю. Света что-то о ней говорила. Она, кажется, еще и готовит.
Саня посмотрел на него так, как в тот раз, когда показывал ему «Мону Лизу».
Вадим смешался:
— Ну, хорошо, хорошо, я бесчувственный чурбан. Ничего вокруг себя не замечаю. Сань, я ведь дома почти не бываю, откуда мне знать? Сейчас мы все уладим. Игорь, вызови сюда управляющего.
Управляющий не замедлил явиться и представил подробную информацию: девушка из Китая, зовут Лин Сун, ей двадцать три года, работает в доме уже год, исполнительна и аккуратна.
— Она говорит по-русски? — спросил Вадим.
— Очень плохо, но все понимает.
— Мы можем пригласить ее сюда? Я бы хотел с ней познакомиться.
— Ты что, Вадим! — вскочил Александр. — Ты ее напугаешь до смерти. Я должен сам. Надо как-нибудь поосторожнее. Она в чужой стране, наверняка никому не доверяет.
Он в волнении заходил по комнате, что-то напряженно обдумывая.
— Александр Юрьевич абсолютно прав, — невозмутимо заметил управляющий, тщательно скрывая улыбку в уголках рта, — девушка чрезвычайно застенчива и необщительна.
Вадим моментально сообразил, какую выгоду сулит ему это неожиданное происшествие. Он пригласил на обед доктора, предварительно с ним переговорив, и, как только Александр занял место за столом, приступил к осуществлению плана.
— Мы тут посоветовались с Валентином Николаевичем, — начал он, приняв вид человека крайне озабоченного, — и пришли к выводу, что тебе все-таки никак нельзя сейчас возвращаться домой. Результаты последнего осмотра показали, что ты еще недостаточно окреп.
Саня перевел неуверенный взгляд с него на доктора.
— Да, действительно, — медленно произнес он, — я что-то неважно себя чувствую.
— Иначе и не может быть, — веско подключился врач, — вам, милый мой, противопоказаны всякие поездки как минимум две недели. Никаких резких движений и уж тем более никакого транспорта. Гуляйте в саду, дышите воздухом. Покой, и еще раз покой.
— Правда? — обрадованно сказал Александр. — Тогда я поживу у тебя еще немного, если не возражаешь.
— Не возражаю, — ответил Вадим, — и учти: слово доктора для меня — закон. Считай, что ты находишься под домашним арестом. Я прикажу охранникам присматривать за тобой на случай, если ты вздумаешь удрать.
Он уже поздравлял себя с успехом предприятия, как вдруг какая-то несвоевременная мысль омрачила лицо его друга. Он поднял на Вадима глаза, намереваясь эту негодную мысль высказать.
— Молчи, — опередил его Вадим, — знаю, что хочешь сказать, но ничего не желаю слушать. Помнится, я обязан тебе жизнью. Ты не забыл? Или начнем сейчас считаться?
Александр не отвечал, глядя в тарелку и механически помешивая ложкой суп.
— Ну хорошо, упрямец ты этакий, — рассердился Вадим. — По истечении двух недель я представлю тебе счет. Этого ты добиваешься?
Реакция Александра, как всегда, оказалась непредсказуемой.
