– О, вот вы о чем! – презрительно сказала Берил. – Доктор Кристоу прекрасно справлялся с подобными трудностями. У него были превосходные манеры и отличные отношения с пациентками. Он в самом деле был замечательным доктором, – добавила она с невольным восхищением в голосе.
– Были у него связи с женщинами? – спросил Грэйндж. – Отбросьте щепетильность, мисс Кольер, нам это очень важно знать!
– Да, я поняла. Мне об этом ничего не известно.
«Пожалуй, несколько резко, – подумал инспектор, – она не знает, но, видимо, догадывается».
– А что вы скажете о Генриетте Сэвернейк? – прямо спросил инспектор.
Берил крепко сжала губы.
– Она была близким другом семьи.
– Не было… неприятностей из-за нее между доктором и миссис Кристоу?
– Разумеется, нет!
Ответ был категоричен. Слишком категоричен.
– А что вы можете сказать о мисс Веронике Крэй?
– Вероника Крэй?
Удивление в голосе Берил было искренним.
– Она была другом доктора Кристоу, не так ли? – спросил инспектор.
– Я никогда о ней не слышала. Хотя мне, кажется, знакомо это имя…
– Киноактриса.
– Конечно! – Нахмуренные брови Берил расправились. – Недаром мне казалось, я где-то его слышала. Но я не знала, что доктор Кристоу был с ней знаком.
Она говорила так уверенно, что инспектор решил оставить этот вопрос. Он начал расспрашивать о том, каким был доктор Кристоу в предыдущую субботу. И тут ответы Берил стали не столь четкими.
– Его поведение не было обычным, – сказала она раздумчиво.
– Чем же оно отличалось?
– Он казался рассеянным. Он долго не вызывал в кабинет последнюю пациентку, хотя обычно накануне выходных он всегда торопился поскорее закончить прием. Я думаю… да, я уверена, он был чем-то озабочен.
Но ничего более определенного она не сказала.
Инспектор Грэйндж был не очень доволен результатами допроса. Он так и не смог установить мотив преступления, а сделать это было необходимо – до того, как дело поступит к прокурору.
В глубине души Грэйндж был уверен в том, что Герда Кристоу застрелила своего мужа. Он подозревал, что она сделала это из ревности, но до сих пор не нашел никаких подтверждений. Сержант Кумбз беседовал с прислугой, но все слуги повторяли одно и то же: миссис Кристоу готова была целовать землю, по которой ступал ее муж.
«Если что-то произошло, – думал он, – то это связано с «Лощиной». Вспоминая «Лощину», инспектор испытывал определенное беспокойство. Все они там, мягко говоря, странные.
На письменном столе зазвенел телефон, и мисс Кольер сняла трубку.
– Это вас, инспектор, – сказала она.
– Алло! Грэйндж у телефона. Слушаю. Что?..
Берил почувствовала перемену в его голосе и с любопытством на него посмотрела. Лицо инспектора было еще менее выразительным, чем обычно. Он слушал… что-то ворчал…
– Да… да, понял… Это абсолютно точно? Да? Ни тени сомнения. Да… да… да. Сейчас еду. Я здесь почти кончил… Да!
Он положил трубку и какое-то время сидел молча. Наконец, взяв себя в руки, спросил совсем другим голосом, не таким, каким задавал предыдущие вопросы:
– У вас, вероятно, нет собственного мнения обо всей этой истории?
– То есть?..
– Нет ли у вас соображений относительно личности убийцы?
– Ни малейших, инспектор, – ответила она решительно.
– Когда обнаружили тело, миссис Кристоу стояла возле него с револьвером в руке… – Инспектор умышленно не закончил фразу.
Реакция Берил была быстрой и четкой.
– Если вы подозреваете миссис Кристоу, то вы ошибаетесь. Миссис Кристоу совсем не из решительных женщин. Она очень мягкая, покорная и была полностью у мужа под башмаком. Мне кажется крайне странным, что кто-то может хоть на мгновение вообразить, будто она его застрелила. Если даже обстоятельства складываются против нее.
– Ну, а если не она, то кто? – резко спросил он.
– Понятия не имею… – подумав, ответила Берил.
Инспектор направился к двери.
– Вы хотели повидать миссис Кристоу, прежде чем уйдете? – спросила она.
– Нет… Да, пожалуй, так будет лучше!
Берил снова удивилась: тон инспектора совершенно переменился, совсем не такой, как до телефонного звонка. Какое известие могло вызвать такую значительную перемену?
Герда нервно вошла в комнату. Она выглядела несчастной и ошеломленной.
– Вы узнали что-нибудь новое о том, кто убил Джона? – спросила она негромким, дрожащим голосом.
– Еще нет, миссис Кристоу.
– Это невероятно… совершенно невероятно!
– И тем не менее это случилось, миссис Кристоу.
Она кивнула, глядя вниз, комкая носовой платок, скатывая его в маленький шарик.
– Миссис Кристоу, у вашего мужа были враги? – спросил он тихо.
– У Джона? О нет! Он был удивительный человек! Все его обожали.
– А вы знаете кого-нибудь, кто затаил бы зло против него, – инспектор сделал паузу, – или против вас?
– Против меня? – Она казалась изумленной. – О нет, инспектор.
Инспектор Грэйндж вздохнул.
– А мисс Вероника Крэй?
– Вероника Крэй? О, вы имеете в виду женщину, которая пришла в тот вечер за спичками?
– Да, вы ее знали?
Герда покачала головой.
– Я никогда не видела ее раньше. Джон был знаком с ней много лет тому назад… во всяком случае, она так сказала…
– Может быть, у нее было что-то против доктора Кристоу, а вы об этом не знали?
