– Как вы попали в лес? – спросил Вузи.
– Перелезли через забор, – ответил Оджо.
– На это я не способен… – вздохнул Вузи. – Бегаю я быстро: могу догнать летящую пчелу, и прыгаю я высоко. Потому-то Жевуны и поставили такой высокий забор. Но лазить по заборам я не умею. И я такой большой, что мне не протиснуться снизу.
Оджо задумался, а потом спросил Вузи:
– А копать вы можете?
– Нет, – грустно ответил тот. – У меня на лапах нет когтей. И зубов у меня нет.
– Не такой уж вы страшный зверь, – заметила Лоскутушка.
– Вы бы так не сказали, если бы слышали, как я рычу, – возразил Вузи. – Мое рычание громом прокатывается по лесам и долинам. Дети дрожат от ужаса, женщины закрывают лицо передниками, а крепкие, сильные мужчины разбегаются кто куда. Наверное, в мире нет ничего ужаснее, чем рычание Вузи.
– В таком случае вы уж, пожалуйста, не рычите, – попросил Оджо.
– Не бойтесь, я это делаю, только когда гневаюсь. Тогда-то и раздается мой оглушительный, душераздирающий рык. Кроме того, когда я сержусь, глаза мои исторгают огонь, даже если при этом я не рычу.
– Настоящий огонь? – удивился Оджо.
– Ну да, а какой же еще, фальшивый? – осведомился Вузи обиженным тоном.
– Тогда я придумала выход! – закричала Лоскутушка. – Ведь забор из дерева. И если Вузи подойдет к забору и его глаза начнут метать огонь, забор загорится, и мы все сможем спокойно уйти.
– Я до этого не додумался, – признался Вузи, – а то давно бы выбрался из неволи. Но для того, чтобы глаза мои начали исторгать огонь, мне надо очень рассердиться.
– А вы постарайтесь, – попросил Оджо.
– Попробую. А ты скажи мне: «Кризл-Кру! «
– И тогда вы рассердитесь?
– Страшно рассержусь.
– А что это означает? – полюбопытствовала Лоскутушка.
– Понятия не имею. Но только от этих слов я прихожу прямо-таки в неистовство.
Он подошел к забору, чуть не упершись головой в доски, а Оджо крикнул: «Кризл-Кру!» Затем Лоскутушка крикнула: «Кризл-Кру!» Потом Стеклянный Кот промурлыкал: «Кризл-Кру!» Вузи начал дрожать от ярости, и из его глаз полетели искры. Увидев это, путники закричали «Кризл-Кру!» хором, и искры посыпались так обильно, что одна из досок загорелась. Пламя охватило ее целиком, и Вузи, отступив назад, торжествующе воскликнул:
– Ну вот, полный порядок! Это вы правильно сделали, что крикнули хором. Я рассердился до умопомрачения. Хороши были искры, да?
– Фейерверк, да и только! – восхищенно отозвалась Заплатка.
Через некоторое время в заборе прогорело такое отверстие, в которое вполне могли пройти все. Потом Оджо отломил большую ветку и с ее помощью затушил огонь.
– Не надо, чтобы сгорел весь забор, – сказал он. – А то на огонь прибегут фермеры, увидят, что Вузи нет, и сразу кинутся в погоню. Представляю, как они удивятся, когда узнают, что Вузи сбежал.
– Уж это точно! – воскликнул Вузи. – Когда они увидят, что меня нет, они сильно струхнут, потому как решат: теперь я опять стану есть их пчел, как раньше.
– Кстати, о пчелах, – сказал Оджо. – Ты должен обещать мне не есть пчел во время нашего похода.
– Как? Совсем не есть?
– Совсем. Иначе ты впутаешь нас в неприятности, а это нам совершенно ни к чему. Я буду кормить тебя хлебом с сыром до отвала, но о пчелах и не думай.
– Ладно, обещаю, – весело сказал Вузи. – А уж если я что-то пообещал, можете не волноваться: я не подведу. Такой уж я прямой. Я весь сделан из квадратиков.
– Не понимаю, причем тут внешний вид! – фыркнула Лоскутушка, когда они отыскали тропинку и продолжили путешествие. – Разве честность зависит от внешнего облика?
– Ну конечно, – решительно отвечал Вузи. – Разве можно было доверять вашему Колдуну – вы же сами говорили, что он кривой. Но я, Вузи, абсолютно прямой и потому не пойду по кривой дорожке…
– Но я-то не кривая и не прямая, – не унималась Лоскутушка, осматривая свою пухленькую фигурку.
– Да, ты кругленькая, а потому можешь сделать все, что угодно. Не сердитесь на меня, дорогая Прелесть, если я отношусь к вам с подозрением, но бывает, что снаружи шелк, а внутри щелк!
Заплатка не поняла этих слов, но у нее возникло смутное подозрение, что у нее самой подкладка из простой материи. Рано или поздно материя эта сядет, отчего ее фигура сделается приземистой и кособокой, и тогда ей придется кататься с боку на бок по дороге, пока все не станет на свои места.
Путники снова зашагали по дорожке. Вскоре Кот, бежавший впереди, прискакал к своим товарищам с сообщением, что нашел дорогу из желтого кирпича. Отряд прибавил шагу, чтобы поскорее увидеть эту знаменитую дорогу.
Дорога была широкая, но не прямая. Она взбиралась на холмы, сбегала в долины, петляла между пригорками, словно выбирая путь полегче. Она была целиком вымощена ровными, гладкими желтыми кирпичами, и лишь кое-где виднелись выбоины, на которых можно было споткнуться, если зазеваешься.
– Интересно, в какую же сторону нам идти? – подал голос Оджо.
– А куда вы направляетесь? – спросил Вузи.
– В Изумрудный Город.
– Тогда надо идти на запад, – сообщил Вузи. – Я хорошо знаю эту дорогу. Сколько раз я гонял по ней за пчелами.
