Магнус, который тоже потерял сознание, раскинулся на полу. Голова его покоилась на коленях Алека, которой рассеянно гладил того по волосам. Руки и ноги мага тоже были в цепях.
— Если Астарот придёт в себя, он не сможет воспользоваться своей силой, — мягко произнёс Асмодеус, проверяя оковы на Магнусе.
— Что ж, в таком случае, пора действовать, — хмуро изрёк Алек, взяв в руки книгу.
========== Глава 27. Последние приготовления ==========
Подготовка шла полным ходом. Уже через час все снова собрались в библиотеке. Магнус и Ора до сих пор находились без сознания, связанные золотыми цепями. Там, где оковы соприкасались с телами пленных, оставались глубокие раны. Они быстро затягивались, стоило только отодвинуть цепь, но уже после нескольких таких соприкосновений на коже появились красные отметины, словно от ожога.
— Долго их это не удержит, — произнёс Асмодеус, разглядывая пленных. Цепь на запястьях Оры истончилась. В сознании она была или нет, сил ей хватало даже во сне, чтобы бороться с пленением. Она успела поднатореть в подобных делах за последние тысячелетия. — Ещё несколько часов и Ора освободится.
— Нужно её разбудить. — Аттиан был напряжён. Его пальцы то и дело нервно сжимали корочку книги, а глаза бегали по стеллажам, ища в безмолвных нишах таинственной поддержки.
— Не время для милых бесед старых друзей, — поморщился демон, словно сама мысль об общении с Аттианом вселяла в него бескрайнее отвращение.
— Книга пуста. Здесь всего лишь заклинания. Пустые детские стишки, — ответил маг. — Мне нужна её сила. Если она будет без сознания, мы можем промахнуться во времени.
— Что ей помешает отправить нас в другую эпоху, находясь в сознании?
— Она обязательно это предпримет, — согласился Аттиан, разглядывая старую подругу. В бессознательном состоянии тьма отступила в глубь её разума, оставляя внешность нетронутой. Но стоит только разбудить её, как глаза нальются кровью, веки потемнеют, а скулы заострятся. — Но она не сможет противостоять заклинанию. Иначе будет испытывать невероятную боль. Хаос придётся подчиниться и отправить нас туда, куда я скажу.
— Что насчёт моего сына? Его тоже нужно разбудить?
— Ты можешь покопаться в его голове и найти место, где была сломана последняя печать? — Асмодеус кивнул. — Тогда он может и дальше спать, — снисходительно ответил Аттиан, отворачиваясь от демона. — Разбуди Ору, мне нужно подготовиться. — Демон проводил его взглядом, а потом вернулся к прерванному занятию. Вздохнув, он, нехотя, произнёс заклинание, и пленница сразу же распахнула глаза.
За время принудительного сна её гнев возрос в несколько раз. Она буквально прожигала взглядом каждого, кто осмеливался подойти к ней ближе, чем на двадцать шагов. Любой, находившийся в комнате, чувствовал её ненависть и магическую мощь. От открытых участков кожи, куда впивалась сковывающая цепь, теперь поднимался дымок, и в воздухе чувствовался запах гари. Иногда появлялись маленькие всполохи пламени, и тогда все понимали, что Хаос предприняла очередную попытку вырваться. Пока цепь выдерживала, но все понимали, что счёт пошёл на минуты. Злорадная ухмылка девушки становилась всё более заметной.
— Я тут вот что подумал, — задумчиво произнёс Саймон. Джейс оторвался от чистки клинков. Он знал, что их не окажется у него под рукой, но это успокаивало нервы. Каждый по-своему справлялся со стрессом. Клэри что-то рисовала на клочке бумаги. Алек, как верный пёс, стерёг Магнуса, и чуть ли не заходился лаем, когда Константин осмеливался подойти ближе. Уилл и Тесса что-то обсуждали в стороне ото всех. Изабель время от времени доставала хлыст и сбивала пламя со свеч, чем нервировала Габриэля. — Помните ту фотографию из будущего?
Клэри подняла голову и выжидающе посмотрела на друга.
— Мы ведь её ещё не сделали, — продолжил Саймон.
— К чему ты клонишь? — спросил Джейс. — Нам нужно всем срочно собраться вместе и щёлкнуться на память?
— Нет, — отмахнулся Саймон, пропуская колкость мимо ушей. — Если этой фотографии ещё нет, значит мы все её сделаем! — Саймон широко улыбнулся, но смотревшие на него друзья продолжили молчать. — Ну это ведь легко! Давайте, пораскиньте мозгами! — всплеснул он руками. — Мы не умрём, потому что все были на снимке. Мы сфотографируемся в будущем, и все будем находится на снимке. Кроме Аттиана и Константина. Вот вам следует переживать, парни. — Маги с подозрением переглянулись. — Вы что, до сих пор не поняли? — спросил Саймон у друзей. — Это же замкнутый круг! Мы фотографируемся, фото хранится в книге, мы находим фото в две тысячи восьмом, переносимся сюда, останавливаем Астарота и Хаос и делаем снимок. И так бесконечно!
— Вы ни неприкасаемы, — усмехнулась Хаос. — Время всегда можно изменить. Стоит мне только освободиться, — она пошевелила плечами и от цепи, съехавшей по её руке, остались на коже красные ожоги. Хаос даже не поморщилась, — и щёлкнуть пальцем, как вся твоя теория превратится в прах.
— Я не склонен верить сумасшедшим и тем, от кого пахнет жареным, — твёрдо произнёс Саймон, но всё же отошёл от неё подальше.