Лотар-миротворец полностью

Лотар поднял голову и попробовал разглядеть хоть что-нибудь за решёткой квадратного окошка. Ничего. Только серая, упругая, как плотная ткань, пелена тумана. Довольно густого тумана. Было странно, что при такой ограниченной видимости они вдруг встретились с каким-то другим судном. И не менее странно, что их недоверчивый, суровый капитан вдруг решил лавировать, сходиться, а потом долго о чём-то негромко переговаривался с капитаном другого корабля.

Лотар повернул голову к койкам Рубоса и Сухмета. Старик, конечно, не спал, его взгляд двигался по потолку в такт шагам капитана, который расхаживал по мостику у них над головой, выкрикивая команды для разведения кораблей. По всей видимости, Сухмет искал в его перемещениях какую-то закономерность, думая о том же, что и Лотар.

— Что скажешь?

— Мне кажется, мой господин, нет нужды гадать попусту. Мы скоро всё узнаем, не выходя из каюты.

— Что узнаем?

— Что-то, что касается нас.

— Ты пытался подслушать их разговор? — Лотар недоверчиво хмыкнул.

— Нет, это было бы неразумно — без нужды растрачивать энергию на глупые предосторожности. Нет, я просто заметил, что мы изменили курс и идём, кажется, к берегу. Скорее всего это из-за нас, потому что других причин оказаться в этих водах у капитана Ингли нет.

— Может быть, капитан выяснил, что он в тумане прошёл мимо порта?

— Что угодно, только не это. Возможно, эти люди не прочь провезти тюк-другой контрабанды, но в неопытности я бы их не заподозрил. Могу только сказать, мой господин, что это неопасно. — Он помолчал, потом нехотя, но всё-таки довольно твёрдо добавил: — Пока.

С этим уже приходилось считаться.

— Ты полагаешь?..

Договорить Лотар не успел. Решительные шаги капитана пророкотали над их головами к лестнице, ведущей вниз, потом прошаркали по ступеням и наконец затихли перед дверью их каюты — лучшей каюты на корабле.

— Входите, капитан! — крикнул Лотар.

Дверь открылась. Капитан Ингли, вытирая крохотные капли влаги с лица, вошёл. Он даже не пытался улыбаться.

— Никак не привыкну, что вы всегда ко всему готовы.

— Я просто слышал ваши шаги, — примирительно сказал Лотар.

— Дело в том… — Капитан помедлил, потом добавил, словно подавился: — Сэр, мы не можем по неизвестной мне причине войти в Мирам. Я понимаю, уговор есть уговор. И если я обещал, что высажу вас в порту этого города, в котором, кстати, бывал не раз, то так и должно быть. Но сейчас я вынужден признать — это невозможно. Я не пойду туда. — Он помолчал, посмотрел в окно и вздохнул: — Я готов вернуть вам часть платы за проезд, чтобы хоть как-то компенсировать доставленное неудобство.

Ингли был настоящим морским капитаном и очень нравился Лотару. К тому же на Алдуине, где они вынуждены были сделать пересадку, чтобы продолжить путь на север, достаточно надёжные люди не раз им говорили, что это едва ли не лучший парусник, управляемый лучшей командой на всём побережье. И за время плавания Лотар убедился, что это были не пустые слова.

— Никто не побеспокоит вас таким пустяком, как компенсация, капитан. Но я должен знать, что вам сказал капитан судна, с которым вы только что встретились.

Капитан облегчённо хмыкнул. Шагнул вперёд, повернул к себе стул и сел, вытянув натруженные вахтой ноги.

— Значит, вы и это слышали? Тем лучше. — Он сложил руки на коленях и с мрачной решительностью выпалил: — Это был мой друг, мы не раз пускались вместе на рискованные дела, и он ни разу меня не подвёл. Он сказал, что за последние два месяца ни один корабль не вышел из Мирама.

В каюте некоторое время царило молчание.

— Как это понимать? — внезапно подал голос Рубос. Он, оказывается, тоже не спал.

Капитан повернулся к нему. Лотар давно заметил, что капитан считается с Рубосом больше, чем с ним или с Сухметом, — вероятно, из-за золотого ошейника Сухмета, какие на Южном континенте обычно надевают рабам. Пусть дорогим, учёным — но всё-таки рабам.

— Я не знаю. Возможно, в Мираме эпидемия и власти не выпускают корабли, чтобы не разносить заразу. Но тогда вообще-то о болезни знали бы в других портах. Не бывает так, чтобы в одном месте была зараза, а рядом никто ни разу не заболел, ведь откуда-то она должна была появиться? Или в городе вполне могли возникнуть беспорядки. Тогда власти порта наложили секвестр на какие-то корабли. Но и в этом случае… Два месяца — слишком долго для любого порта. А Мирам слишком велик, чтобы обходиться без торговли. — Капитан хлопнул себя ладонями по колену. — Но так или иначе сейчас в Мирам не ходят. И я не пойду. Ваш черёд делать выбор, господа.

Рубос обеспокоенно посмотрел на Лотара.

— Всё-таки, мне кажется, нужно идти в Мирам.

— А сколько до него осталось, капитан? — спросил Сухмет ласковым голосом, потому что Ингли не всегда удостаивал раба ответом.

— Уже недалеко. По берегу не больше трёх десятков миль.

— Морских или обычных? — быстро спросил Сухмет.

Капитан нахмурился. Ему почудилась в этом вопросе насмешка.

— Это не имеет значения, — сказал Лотар.

Капитан встал.