Томпсон и Эдвард легко нашли общий язык, через пару минут к нам подошел отец.
— А, Фейн, отлично что ты здесь, — начал он сразу. — Позволь узнать, почему ты скрыл от нас всех, что это твой меткий выстрел убил тигра-людоеда, напавшего на Киару? Теперь получается, я у тебя в долгу, а долги я не люблю. Проси награды.
— Не стоит беспокоиться, мистер Марэ, никакого долга у вас передо мной нет, — отвечал Эдвард. — И наилучшая награда для меня, знать, что с мисс Киарой ничего не случилось.
Отец хмыкнул, а я зарделась от удовольствия.
— Киара, что это опять на тебе? — нахмурился отец, недовольно рассматривая сари. — Ступай, переоденься немедленно. Снова надела индийские тряпки.
Грубость Эдмонда Марэ явно смутила мужчин, но для нас с сестрой это была обычная форма общения. Приказы отца необходимо сразу выполнять.
— Прошу простить меня, господа, — произнесла я, потупив взор.
— По-моему, мисс Киара выглядит просто обворожительно в сари, — услышала я голос Эдварда. — А вы как считаете, мистер Томпсон?
— Да, юная мисс выглядит словно индийская принцесса, — тепло произнес американец.
Я улыбнулась и посмотрела на сестру, взгляд ее зеленых глаз в сторону мистера Томпсона чуть заметно потеплел.
— Я все же переоденусь, — говорю и иду в дом, быстро взбегаю наверх по широкой тиковой лестнице.
И снова страдания по выбору наряда. Теперь мне надо не просто выглядеть удачно для встречи с друзьями, а поразить мистера Эдварда. Ох, и не простая задача. Я торопилась, в результате остановилась на коротком платье глубокого насыщенного зеленого оттенка, словно крона тюльпанового дерева. Благодаря ему, мои глаза засияли подобно индийским изумрудам. Щеткой зачесала черный шелк волос на боковой пробор и обхватила черепаховым гребнем с одной стороны. Придирчиво взглянула в зеркало. Я красива, и я знала об этом. Парамит сравнивала меня с лотосом, другие лао говорили, что в моих жилах течет молоко, поэтому моя кожа такая белая.
Шум из сада переместился в гостиную, гостей явно стало больше. Спустившись вниз я высматривала Эдварда, но его нигде не было. Неужели ушел? Стараясь не расстраиваться раньше времени, прошла по широкому коридору, который вел в просторную комнату, куда отец обычно приглашал мужчин для игры в карты. Из кухни пахло кокосовым маслом и пряностями, впереди слышался смех и веселые разговоры, и среди общего гула я наконец различила голос Эдварда. Значит я не ошиблась, и он действительно там. Пошла быстрее, стуча каблуками о деревянный пол. Вдруг кто-то встал передо мной.
— Киара! — воскликнул мужчина. И, не дав мне опомниться, схватил мою руку и жарко поцеловал.
Я сразу узнала эти карамельные глаза с прищуром, Джон Картер, лучший друг Даниэля и сокурсник по Оксфорду, уже несколько месяцев преследовавший меня, доводивший вниманием и неуместными шутками.
— Как же ты хороша, — тут же начал он, беззастенчиво разглядывая меня, так что в какой-то момент мне показалось, что я стою перед ним голой. — Я сегодня звонил вам, просил позвать тебя к телефону, но мне сказали, что ты не дома. Где ты была?
— Какое тебе дело, Джон? Отойди, — грубо бросила я, стараясь обойти его. Но он снова перегородил мне путь.
— Снова игнорируешь меня, Киара? Но не долго тебе осталось. Знаешь, о чем я попросил своего отца? — и Джон сделал многозначительную паузу, расплываясь в улыбке. — Он поможет твоему отцу восстановить плантацию сахарного тростника, пострадавшую в прошлом году от наводнения. Ты же понимаешь, каких это стоит денег, верно? А взамен я попрошу тебя.
И, облизнув губы, он склонился ко мне, но я толкнула его в грудь.
— Зачем я тебе понадобилась, Джон? — от гнева меня всю колотило. — Ты же уже встречаешься с Ребеккой Браун, а еще все знают, что у тебя огромное количество любовниц среди ваших лао.
Моя тирада заставила Джона громко расхохотаться, откинув голову.
— Насчет Ребекки не волнуйся, у нас с ней ничего серьезного, об этом мы сразу договорились, а лао, — тут он пожал плечами, — ты же не осуждаешь людей, занимающихся спортом для здоровья, так это примерно то же самое. Но ты, Киара, — и он приблизился ко мне, — ты будишь во мне нечто совершенно иное. Твоя невероятная кожа, твой аромат преследуют меня ночами, я не могу их забыть. Я хочу тебя, но не могу легко взять, как Ребекку или лаосских девок. Нет, на тебе придется женится. Что ж, я готов.
Ярость обожгла меня.
— Ты подонок, Джон! — занесла руку, чтобы дать ему пощечину, но он перехватил ее и притянул к себе.
— Горячишься, Киара? Это очень хорошо, прибереги свою страстность для нашей брачной ночи.
Как же я желала выцарапать ему глаза, ударить. Меня тошнило от запаха алкоголя из его рта, от его самодовольной ухмылки, такие люди, как Джон Картер, привыкли пользоваться людьми и выбрасывать их на помойку. Теперь же он решил купить меня, чтобы сделать то же самое, попользоваться, сломать и выбросить.
— Пусти! — дернула я руку. Но он продолжал держать.
— Отпусти ее, Джон, — вдруг произнес кто-то.
Я взглянула через плечо Джона и увидела Эдварда без пиджака в одной рубашке, с закатанными рукавами.
