– Честно говоря, у меня другое впечатление. – Он с улыбкой дёрнул меня за рукав платья. – А ещё мне нравится, когда ты для разнообразия не одеваешься в несколько слоёв как капуста. Готов поспорить, у этой штуки меньше миллиона молний. Максимум девятьсот девяносто девять. – Я закатила глаза и открыла рот, чтобы защитить свой стиль одежды, но на этот раз меня удивил Аарон, закрыв мне рот поцелуем, который вмиг отогнал ужасные мысли.
Вот так я и держалась за свой новый мир целую вечность. В этом мире я была не принцессой, не преступницей, не ведьмой, не человеческой девушкой, не виновной, не невиновной – просто Робин. Самой собой.
Без капли страха.
И так продолжалось, пока в какой-то момент мы оба не выдохлись.
Он улыбнулся мне:
– Честно говоря, я давно хотел это сделать – вообще-то с тех пор, как ты свалила с меня тот обломок бетонной плиты.
– Да ну? – удивилась я. – Сразу, как только я вытащила тебя полумёртвого из-под груды обломков? Ты серьёзно решил, что это подходящий момент, чтобы меня поцеловать?
– Конечно. – Его пальцы переплелись с моими. – В любом случае, я обдумывал эту идею.
Я невольно усмехнулась про себя.
– Почему же ты этого не сделал? – спросила я, всё ещё под впечатлением от его близости.
– Ну, потому что ты скептически относишься ко всему хорошему. А поцелуй – это уже высшая степень приятности, как мне кажется.
Мы рассмеялись. Аарон кашлянул и добавил чуть серьёзнее:
– Кроме того, я ничего о тебе не знал. Плюс странные обстоятельства, при которых мы встретились. Считай меня старомодным, но обычно я стараюсь узнать ведьму получше, прежде чем её поцеловать.
Внезапно мой смех прозвучал странно пусто, и я чуть было не отодвинулась от Аарона – настолько сильным оказался удар для моей больной совести.
– Супермодным, ты хотел сказать, – ответила я, изо всех сил стараясь, чтобы это прозвучало непринуждённо.
Значит, Аарон думает, что за последние несколько дней он узнал меня получше! Разве мы не договорились в кораблике Фаральды не доверять друг другу и принять это? Я закусила губу. По спине пробежал холодок.
– Тебе холодно? – спросил Аарон. – Ты дрожишь.
– Немного, – пробормотала я, пряча глаза. Чтобы не встречаться с ним взглядом, я огляделась. – Где мы вообще находимся? И который сейчас час? Полночь уже пробило…
Я вскочила.
– Ну ладно, – вздохнул Аарон и тоже поднялся. На мгновение он взглянул на меня. Что-то мелькнуло в его глазах. Похоже, ему не так уж хотелось возвращаться.
Но потом он последовал за мной.
– Ты бегала практически по кругу, – заметил он на следующем перекрёстке, и я задумалась: интересно, как так получилось, что моё ощущение пространства подвело меня в этот вечер?
На самом деле башня Фары находилась всего в нескольких кварталах, и мы добрались до неё за пять минут, если не меньше. Но лишь оказавшись в нескольких шагах от входа, я узнала долговязую фигуру Дамиана, склонившуюся над каналом. Перегнувшись через парапет, он вылавливал в потоке воды мерцающий предмет.
Аарон тоже его заметил.
– Пришёл ответ королевы? – крикнул он и бросился ему помочь.
Общими усилиями они выловили тёмно-красную бутылку из ледяного стекла, подняв такой шум, что Фара вышла из магазина на улицу.
– Робин, Аарон, вот вы где! Что случилось?
Дамиан поднял над головой послание в бутылке будто трофей.
– Её величество примет нас во дворце самых первых завтра утром! – крикнул он.
– Видимо, королеве не терпится заполучить наши потрясающие клинки-молнии, – добавил Аарон, широко улыбаясь.
Но Фара смотрела только на меня. И довольно пристально.
– С тобой всё в порядке? Почему ты убежала? – спросила она. – И что, скажи на милость, с твоей причёской? Кракен свил в ней гнездо?
На следующее утро Фара сварила мне очень крепкий кофе, сочувственно глядя на тёмные круги у меня под глазами. Потягивая вкусный напиток, она не спускала с меня глаз.
– Тебе трудно в Атлантиде, правильно я понимаю? – спросила она, и я кивнула в ответ.
Ночью я почти не спала, беспокойно ворочаясь с одного бока на другой. Я ругала себя за то, что позволила Аарону настолько приблизиться ко мне. Похоже, то, что все говорили обо мне, правда: я была и осталась ужасным человеком, которому наплевать на благополучие других. Теперь Аарон, возможно, надеялся на какие-то отношения со мной. Но это невозможно! Даже если бы мне удалось вернуться незамеченной, не угодив в руки королевской охране, выйти из города тем же путём, каким вошла, моя жизнь продолжилась бы в мире людей. Вдали от всего, что связано с бурями и магией.
Нельзя было позволять Аарону влюбиться в меня. И мне нельзя влюбляться в него.
Невольно вспомнив о губах Аарона на моих губах, я закрыла лицо руками. Как бы я хотела поцеловать его ещё раз! Я смахнула слезу.
