Едва став на ноги после битвы с личем Сур Кхамом, Горан сын Ракши влип в очередные неприятности. Вместо того чтобы отправится на Звериные острова к Ягушке, он едва ли не помимо своей воли стал ловчим, охотником за преступившими законы чародеями. Вдобавок ввязался в свару между белоризцами, инквизицией Серединных земель и Капитулом. А еще, Горан обязался доставить в безопасное место пять учениц-чародеек, за которыми охотится Синод. Вокруг творится черт знает что, но слово славена дороже жизни.
Обитая почерневшей от времени бронзой тяжелая дверь слегка скрипнула и стала отворяться. Гвардейцы в начищенных до блеска кирасах и шлемах с красно-белыми плюмажами, стоявшие на карауле у одного из входов в Святую канцелярию Белого Синода[1], дружно вынырнули из полудремоты, поудобней перехватили свои гизармы[2] и лязгнув железными башмаками, приняли строевую стойку. Оба были опытными служаками, научившись за годы службы интуитивно распознавать значимость того или иного персонажа, решившего выйти именно через эту дверь. Вот и в этот раз они не ошиблись.
Ибо на пороге появился сам предстоятель Белого Синода в Добренце, его святейшество прелат Акакий, монументальный толстяк с румяным обширным и добродушным лицом пастыря. Он равнодушно мазнул взглядом по латникам, обеими руками огладил на пузе рясу из белоснежного нупийского шелка, и удивительно плавно для такой громадины обернулся к второму мужчине, вышедшему на крыльцо вслед за ним.
— Последний раз спрашиваю, ты не передумал, Горан? — скорбно выдохнул прелат и склонил голову к плечу, внимательно всматриваясь в лицо спутника.
— Нет, ваше святейшество… — высокий молодой парень, с лицом, украшенным длинным рваным шрамом, залеченным до едва угадывающихся бледных полосок, отрицательно качнул головой.
Одетый в безрукавный потертый кожаный камзол, рубаху из некрашеного льняного полотна с просторными рукавами, свободные порты и высокие, видавшие виды сафьяновые сапоги с окованными носками — он смотрелся на фоне прелата не столь внушительно. Однако, его простой вид компенсировался высоким ростом и просто саженными, бугрящимися мускулами плечами.
Судя по гриве прямых русых волос, стянутых в хвост на затылке, рубленным суровым чертам лица и холодным зеленым глазам, парень был из народа ославов, проживавших в этом мире на далеких Звериных Островах. Не без оснований почитающихся иными народами, записными разбойниками и варварами.
— Ай-ай, Горан… — недобро прищурился прелат. — Мы к тебе со всей душой, так сказать по-родственному, а ты… — он сделал паузу, в воздухе повисло напряжение, но священник вдруг расплылся в радушной доброй улыбке и хлопнул парня по плечу. — Ладно. Нет так нет. В добрый путь сын мой…
— Спасибо, ваше святейшество… — Горан слегка кивнул прелату, закинул за спину скромную котомку и решительно шагнул с крыльца.
— Смотри, надумаешь — приходи, пообщаемся, — с ухмылкой бросил ему вслед прелат.
Горан ничего не ответил, не оборачиваясь кивнул и ускорил шаг.
