Натаниэль Харрис-Форд, что всегда представал передо мной в виде строгого и рассудительного начальника, никогда не нарушая никаких личных границ, вдруг обхватил руками мое лицо и посмотрел прямо в глаза, пытаясь видимо понять, в порядке ли разум. Конечно, за прошедшие несколько часов могло произойти все что угодно. По всей видимости, ему могло показаться, что меня запугали до такой степени, что абсурдные мысли в голове стали множится в геометрической прогрессии.
– Мия, послушай, я понимаю твое состояние, но мы должны уйти, сейчас, немедленно. Потом разберемся со всем происходящим. Идем-идем…
– Нет, не разберемся. А вы сами говорили, что этот человек может откупиться от полиции благодаря своим связям. У нас ничего нет, кроме показаний Марты и косвенных улик. Да, чтобы подпортить его репутацию – этого достаточно, но есть вероятность, что он даже не сядет в тюрьму, а отделается каким-нибудь штрафом. Мистер Харрис, они хотели убить меня, а если бы вы не пришли сюда, то что тогда? Он уйдет от ответственности, и дальше будет оправдывать себя этими грязными деньгами? Так нельзя. Разве, журналисты не должны доносить правду любой ценной, какой бы она не была? Это неправильно, и если уж вы стали главным редактором, то не ваша ли прямая обязанность собирать только качественный и проверенный материал, который соответствует действительности и может вывести этих уродов на чистую воду. Мы упустим Ильинского, но Павоне, я не дам шанса остаться белым и пушистым, даже если это будет стоить мне жизни – с твердостью в голосе, точно так же как и тогда в нашей забавной командировке, произнесла я.
На его лице видно, что мои слова смогли задеть ту тонкую ниточку, что выводила из крепкого лабиринта логики в мир чувств и эмоций мистера Харриса. Мне не так часто удавалось видеть на его лице хоть какое-то подобие эмоций. Зачастую лишь холодная маска безразличия, будто бы этого человека ничего в мире не интересует. Однако сейчас, растерянность заставляет разглядеть в нем живого и настоящего парня, что так сильно запутался в своих мыслях, не зная как поступить дальше. Что же, очередное достижение в моей жизни. Теперь и помирать не так страшно.
Мистер Харрис мог бы долго обдумывать поступившее предложение и искать варианты, анализируя ситуацию со всех сторон. Но, увы, на все это не было времени. Мы оба слышали, как телохранители, они же главные головорезы и убийцы, носились в поисках меня, а там еще и Павоне, наверняка уже смог перевести дух после нашей стычки. Все обстояло таким образом: сейчас или никогда.
– И что ты предлагаешь сделать? – вдруг спросил он.
– У вас есть телефон? Надо чтобы Хиро вызвал полицию, я спущусь вниз и притворюсь, будто упала с лестницы, пусть они меня обнаружат, а вы, пока спрячьтесь, а потом следуйте за нами, дождитесь нужного момента, включите прямую трансляцию и снимайте все, что будет происходить. Я добьюсь от него признания, чего бы мне это не стоило.
– Мия, это самое тупое и одновременно опасное предложение из всех возможных. Я не могу тебе этого позволить, – запротестовал Нэйт, но у меня не было времени на долгие уговоры.
– Простите, мистер Харрис, либо вы доверяетесь мне и делаете, как скажу, либо они меня убьют, – пожав плечами, сообщила я.
Мой начальник, готов был поспорить на этот счет, но ему не представилось такой возможности. Как только я произнесла, что хотела, то отпустила его руку и поспешила спуститься вниз, пока не стало слишком поздно. Да, это сумбурный план, придуманный кое-как на коленке, но разве вы уже не привыкли к этому? Нельзя было дать Павоне уйти от ответственности, и я собиралась раскрыть все его карты любой ценной.
Что же, мои актерские способности, должны быть на высоте, нужно сбить их с толку. Спустившись по лестнице, едва-едва не скатившись по ней, я развалилась на полу и прикрыла глаза, притворяясь, будто бы прокатилась по нескольким лестничным пролетам. Про себя, конечно же, улыбалась самой довольной улыбкой из всех. Очень уж хотелось переиграть и уничтожить наглого итальяшку. Что же, теперь посмотрим, кто кого?.
«Ну, что съел?» – с ненавистью пронеслась мысль в голове, когда они посветили мне в глаза фонариком, обнаружив мою пропажу на холодном бетоне.
***
– Повторите, что вы там хотели с ней сделать?
Все замерли на месте, словно участвовали в каком-то нелепом челлендже. Охранники не могли ничего предпринять без позволения своего босса, а тот стоял как вкопанный, моргая глазами и обрабатывая информацию. Само собой отвратная улыбка больше не светилась на этих губах. И в этом мне удалось преуспеть, так что копилочка личных достижений только пополнялась. Павоне стрелял глазами туда-сюда в попытках разобраться, что происходит и кто этот человек с телефоном в руках. Для человека, который привык решать все грязными способами, было сложно что-либо придумать в данной ситуации.
– Кажется, он хотел пытать меня, – первой нарушая тишину, фыркнула я, глядя прямо в камеру.
