Хиро улыбнулся мне такой ласковой и поддерживающей улыбкой, что мне захотелось излить ему свою душу. Честно говоря, я никогда раньше не обсуждала свое заболевание, да и с кем? Люди и так по горло заняты своими собственными проблемами, чтобы еще строить сострадание и переживать за кого-то другого. Да и мне это было не нужно, ловить на себе лживые сочувствующие взгляды, зачем? Это удел тех, кому нужно особое внимание к своей персоне, мне же лучше быть невидимкой, чтобы лишний раз никто не лез со своими глупыми расспросами.
– Ох, я даже не знаю с чего начать, – усевшись на кровать, я подняла взгляд на потолок, чтобы собрать все мысли воедино. – Если очень коротко и по сути, то у меня имеется генетическое заболевание аутоиммуного спектра. Оно практически неизвестно науке и всего 00,1% человечества имеют подобную болезнь.
Мой собеседник не изменился в лице. Он остался все таким же добродушным, а его взгляд не наполнен лживым сочувствием. Хироки будто бы знал, что я не нуждаюсь в подобных жестах, поэтому оставался верен себе. Пожав плечами, показывая, что ему до сих пор это ни о чем не говорит, это заставил меня продолжить рассказ.
– Как говорят врачи, если я испытываю сильные чувства влечения, привязанности и…любви, то из-за этого начинает вырабатываться окситоцин – гормон привязанности, в нереально огромных количествах, а клетки внутри моего организма сходят с ума и убивают здоровые клетки, как бы саморазрушаясь. Впоследствии, все это может привести к кровоизлиянию в мозг, ну, и в конечном итоге к смерти. Но не все так плохо! Если регулярно пить таблетки подавляющие одни гормоны и вырабатывающие другие, то в принципе я могу прожить еще какое-то время. Да, само собой, мне противопоказанно влюбляться, залипать за красивых парней и все такое. Ах, и ягодка на торте – возможно, когда-нибудь ученые произведут лекарство, которое заменит все сотни пачек этих гормонов, тогда я даже смогу жить полноценной жизнью. Ну, это если совсем коротко, – я невольно заерзала на кровати, испытывая волнение от произнесенного вслух.
Почему-то мои слова звучат больше как сарказм, чем утешение. Мгновенного облегчения не последовало, напротив, мне стала невыносима мысль о том, что я никогда не смогу испытать окрыляющее чувство первой любви. Конечно, многим это кажется наивным, ведь они никогда не были чего-то лишены. «Подумаешь, ну, не может она себе позволить влюбиться в кого-то, вот горе-то» – так рассуждают обычные люди, но между тем, они не лишены этого. Они могут влюбляться, потом расставаться, опять находить себе кого-то, при этом имея возможность, чувствовать себя любимыми и отдавать свою любовь другому. А что я? Мне ведь даже детей иметь противопоказанно. До этого момента, я особо и не задумывалась о том, что чего-то лишена. А теперь вдруг пришло какое-то самоосознание, от этого боль встала в горле.
Хироки присел на колени возле меня и его ладони накрыли мои руки. Ему не нужны были призывы к действию, он будто бы почувствовал, что нужно делать в этой ситуации. Удивительно, но странное чувство тепла, словно изнутри наполнило мое тело. Я ведь говорила уже, что всю жизнь старательно избегала любой близости с другими людьми, чтобы ненароком не провоцировать развитие болезни. Наверное, когда ты слишком одинок – то не подпускаешь к себе никого и пытаешься делать вид, что это нормально, то в какой-то момент отчаяние доходит до небывалого предела. Людям всегда нужно чувствовать тепло и заботу, пусть в маленьких долях, но все равно это приятно. Так же как и мне сейчас. Просто ощущать поддержку другого, разве может быть что-то лучше этого? Возможно, именно эти прикосновения я и хотела когда-нибудь ощутить, понять каково это. Тогда встает веский вопрос что лучше: прожить всю жизнь в одиночестве или малый отрезок времени, но с тем, кого любишь?
– Зато ты не такая как все, и это твоя особенность, как бы фишка, тебе даже придумывать ничего такого не надо. Ты бы могла вести свой блог и рассказывать людям о том, как жить, когда тебе нельзя любить, – задумчиво проговорил он.
На моих губах возникла грустная улыбка, я подняла голову и посмотрела на него.
– Я не думаю, что кому-то будет интересно читать о моих страданиях. К тому же, я бы не сказала, что эта болезнь так уж сильно беспокоит меня. Точнее, научилась с этим жить. После одного не очень приятного случая. Поэтому, зачем строить из себя мученицу? Ты сам говорил, зачем думать о плохом, если еще ничего не случилось.
– Хм…А ты внимательно меня слушала, умница. Что ж, значит, между нами не может быть большой и чистой любви так? А секс? Секс-то может быть? – то ли стараясь разрядить обстановку, то ли наоборот сделать ее еще более невыносимой, задает дурацкий вопрос Хиро.
Я тут же покраснела и выхватила свои руки, отвернувшись, так чтобы он не разглядел мое лицо. Конечно же, этот засранец, как обычно шутит, но все его подобные шуточки, вот вообще не вписываются в картину моего мира.
