– Мистер Харрис, я так больше не хочу. Жить в мире, где человеческая жизнь стоит так мало. Разве не мы должны освещать правду, даже когда все лгут? Разве не это основы журналистики? А как же тогда те журналисты, что поставили на кон свою жизнь и вошли в историю? Они тоже дрожали от страха, встретив препятствие на своем пути? Не думаю. Каждый знает, на что идет, и мой кумир и идеал, даже не смотря на то, что это ты Хиро, но не собирается сдаваться, с чего бы это делать мне? Каждый человек, хочет оставить след в истории, изменить мир к лучшему и я буду спокойна, если в некрологе обо мне напишут не только банальные три строчки, но еще и скажут, что она боролась за правду, какой бы страшной та не оказалась. Я не собираюсь сдаваться, раз уж мы начали это дело, то я дойду до конца, – на одном дыхании, я вываливала все эти слова, тут же глубоко вдыхая воздух. – И вот еще что. Вы хотели, чтобы наше издание, начало свою новую главу под вашим руководством, дак почему же вы трусите? Впереди будет еще столько дерьма, и если мы будем все время отступать, то никогда не добьемся того, чтобы «Мерион» стало площадкой, где правда, превыше всего.
Какие-то внутренние ресурсы активизировались внутри меня, вызывая чувство абсолютной уверенности. Я приняла важное решение, что не смотря ни на что, мы с Хиро завершим это расследование, а там уже и недалеко до того, чтобы стать настоящей журналисткой. Правда, вот сейчас этот разговор отнял все силы, поэтому я упала на подушки, решив, что стоит немного отдохнуть.
– Да уж, ты видать не хило так мозги отбила, когда прыгала? – хихикнул Хироки. – Нет, ну серьезно, ты изменилась за одну ночку? Правда? Похоже на сюжет дерьмового романа…
Я кинула в него подушкой, которую он благополучно поймал и вернул ее обратно.
– Кстати, если бы не твое сообщение, то мы бы так и не нашли тебя. Нэйтон вообще всех на уши поднял, когда услышал, что ты отправилась на прогулку на яхте. Впрочем, все сложилось лучше некуда, ну, если не считать, что мы не достали никаких доказательств.
– Зато мы теперь точно знаем направление. Будем ориентироваться на благотворительный вечер, а там уже посмотрим, как все выйдет, – устало произнесла я.
– Ладно, отдыхай, не буду грузить тебя, если что, буду в каюте напротив, если вдруг захочется тепла и ласки, то милости жду к нашему шалашу, – все так же дурачась, он вышел, оставляя меня и мистера Харриса наедине.
Я совсем позабыла о том, что должна была бы отблагодарить их за свое спасение, ведь если бы эти двое как «Чип и Дейл» не примчались на помощь, то сомневаюсь, что удалось бы дотянуть до завтрашнего утра. Но мне повезло, что эти два разных как полюса, человека, оказались рядом и смогли вытащить меня из беды.
Главный редактор на удивление задержался чуть дольше чем того требовалось, и я впервые осталась с ним наедине в столь неформальной обстановке. Это было до нелепости странно, ведь раньше мы никогда не встречались за пределами офиса, а теперь, плыли куда-то вдаль на небольшой яхточке. Опустив взгляд вниз, внутри возникла странная неловкость, словно нужно что-то сказать, но не находилось нужных слов, а он тоже, как назло, молчит. А может быть в такие минуты слова – слишком дорогое удовольствие для нас обоих?
Спустя мгновение он поднялся с кресла, что стояло совсем близко к кровати. Кажется, что мистер Харрис сейчас уйдет, но мне так не хочется, чтобы это произошло. Возможно, что я все еще не отошла от того кошмара, поэтому оставаться одной совсем не то, что нужно для исцеления покалеченной психики. Я внезапно схватила его за рукав, как капризный ребенок, что не хочет ложиться спать, пока родитель не прочтет сказку. На его лице отражается тень удивления, что совсем не свойственно этому сдержанному мужчине.
– Останьтесь, пока я не усну… – тихо, почти не слышно, попросила ему.
Мне показалось, что он будто бы улыбнулся, но это была столь мимолетная улыбка, которую невозможно было даже запомнить. Нэйтон ничего не ответил, он лишь нарушил мое личное пространство и сел на край кровати.
– Конечно, я буду рядом, пока вы не заснете. В конце концов, посттравматический шок, может накрыть вашу психику в любой момент, поэтому будет лучше, если рядом окажется кто-то способный оказать посильную помощь, – как всегда рационализировал он.
Однако, не смотря на все это занудство, его спокойный голос заметно расслабляет мой разум и уже через некоторое мгновение веки тяжелеют. С каждой секундой становилось все сложнее сопротивляться чарам Морфея, потому я совсем не заметила того, как провалилась в приятный и спокойный сон. С кошмарами на эту ночь определенно покончено.
