Мои глаза округлились до размера апельсинов из-за накатившего удивления. Посмотрев в сторону мистера Харриса, единственное, что можно было сделать – это резко замотать головой, отрицая все и вся.
– Нет-нет-нет, вы что? Я ведь даже не журналист… Откуда у меня может быть хороший материал для статьи? Пффф…Мистер Харрис, это же полный бред…
– А как же статья «особенные люди или как жить с орфанными заболеваниями»?
Его слова парализовали меня. Откуда он мог знать о том, что я ради интереса начала писать эта статью? Правда, это было больше похоже на баловство, нежели на настоящую журналистику. И вправду, после того, как я начала работать под началом Харриса, то свободное время посвящала написанию этого. Однако, как об этом мог прознать, мой зануда босс?
– Нет нужды в том, чтобы сверлить меня удивленным взглядом. У меня есть доступ ко всем компьютерам в офисе. Но в случае с вами, все проще. Мне нужно было перекинуть документы, а вас не было на рабочем месте. В папке «баловство» меня привлек заголовок, и я решил все же ознакомиться с ее содержимым. Это были ваши наброски для различных статей. Сказать, что я удивлен – ничего не сказать. Вы говорили, что хотите стать журналистом, а вместо этого все, чем заняты, приносите мне кофе, назначаете встречи и отсылаете документы. Если думаете, что кто-то кроме вас сможет сделать первый шаг, то ошибаетесь. Полагаете, что расследование с госпожой Грейс – это ваш путь в профессиональную журналистику? Никто не возьмет вас за руку и не сделает вашу работу лучше, чем можете это вы. И раз уж решили, что расследование против мистера Павоне вам по зубам, то почему бы не опубликовать статью, – внушающим полное доверие голосом проговорил он.
Это было как будто наваждение. Мистер Харрис вроде бы не сказал ничего необычного, но почему-то эти слова зарядили меня такой уверенностью. Они были словно толчок, в тот момент, когда ты забрался на высокую горку, но все боишься с нее скатиться и топчешься на месте. А мой босс подтолкнул меня к тому, чтобы побороть свой страх и сделать этот шаг.
– Как много времени вам нужно, чтобы успеть оформить материал?
– Эм…Не больше часа, я думаю, что уложусь.
– Отлично, закончите статью и перешлите мне, я проверю, если все будет хорошо, то ее и опубликуем, – после этих слов, очаровательный во всех своих местах мужчина, медленно направился к себе.
– Мистер Харрис! Подождите…Просто, вы и впрямь уверены? Ну, в смысле…Это ведь…Просто баловство, я писала в свободное время, просто…чтобы не позабыть навыки и все такое. Не нужно идти мне на уступки…
Он замер возле двери, не смея опустить руку на ручку и покинуть меня. Казалось, что Натаниэль обдумывает мои слова, будто бы я сама себя пыталась закопать. Мне в голову пришла мысль, что он сейчас наверняка скажет: «Вы правы, как я мог вообще подумать о том, чтобы опубликовать такую чушь. Верно, мисс Новак, я поищу что-нибудь более подходящее». Однако этих слов не последовало. Вместо этого, мистер Харрис подошел к столу и навис надо мной как коршун над своей добычей. На его каменном лице не мелькнуло и тени сомнения.
– Ваша самооценка – то над чем нужно поработать. Я не никогда не иду на уступки, более того, вы сами видели, что отвергаю даже статьи опытных авторов. Поэтому к чему этот разговор? Поработайте над тем, чтобы не чувствовать себя ничтожеством каждый раз, когда у вас появляется возможность проявить себя, – после этих слов, он даже не стал ждать что я отвечу, а быстро скрылся в своем кабинете.
«Чего? Не чувствовать себя ничтожеством? А разве я чувствую?» – задумалась я, но тут же спохватилась, вспоминая о своем ответственном задании.
Конечно, мне было до дрожи страшно, ведь мои статьи раньше никогда не публиковали. Но Нэйтон снова дал мне этот шанс, выйти из своей зоны комфорта. От этого, где-то внутри меня, возникало такое сладкое чувство ликования. Хотелось буквально петь и танцевать от того, что кто-то смог разглядеть твой талант. Как жаль, что я сама не могу увидеть в себе эти достоинства.
Впрочем, на долгие мысли самобичевания не было времени, так как я обещала сдать статью в течение часа. Размяв пальцы, на лице появилась довольная ухмылка. Я решила, что все же, стоит попробовать себя в деле. Благо наработки были. Мне было легко писать, ведь об орфанных заболеваниях, я, пожалуй, знала все и даже больше, ведь сама страдаю редчайшей болезнью. По сути, мне пришлось написать о самой себе и о том, недуге, которым страдаю. Правда в статье, изменила имя, чтобы мистер Харрис ничего не узнал. Поэтому, часа хватило с лихвой, даже с учетом всех правок. В конце концов, отступать было уже некуда. Даже если ему не понравится моя писанина, то это будет разминка перед настоящими испытаниями на моем жизненном пути.
