Его всегда мучил комплекс неполноценности: его брат Лукиан был умен и энергичен, а он, никогда не отличавшийся особым умом и сообразительностью, был патологически, ужасающе ленив. Нет, он не был глуп. Мечтал о славе, о власти. Но только мечтал. Заставить себя готовиться к этой славе, власти (учиться и учиться!) — было выше его сил. Поражения на всех фронтах его деятельности не замедлили себя ждать.
Он был влюблен в королеву Сантину, жену короля Лукиана, но даже после смерти короля она не сочла его достойным заменить ей мужа. Он признался ей в своей любви, но… Он ей не нравился… Никогда…
А все его активные (против обыкновения) действия после убийства короля были продиктованы желанием понравиться королеве, побудить ее посмотреть на него под другим углом зрения. Увы! Как только он понял, что все его усилия напрасны, он снова стал прежним…
Да! Сюрприз… Вот тебе и Боркес! Я и не думал, что в таком возрасте люди думают о любви… Жалко его…
Во всяком случае, по вновь «изобретенной» методике я приказал сознанию Боркеса отправить в отставку Кризанпа, самому уйти в отставку с поста регента королевства в связи с появлением законного наследника престола, предварительно подготовив регентский указ о снятии обвинений с Тарга.
Я даже остался ждать, пока он снова вызовет секретаря, продиктует «свои» указы. Наконец, все было сделано, указы продиктованы, подписаны… Жаль, что это требовало времени, а я и так уже задержался. Как там Наташа? Переживает, наверное, находясь рядом с моим неподвижным телом…
Все, гора с плеч! Путь к престолу я Таргу расчистил. Теперь мы с Наташей вскоре сможем отправляться домой!
Очередной рабочий день министра внутренних дел не задался с самого утра… И не мудрено!
Он сидел за своим письменным столом и предавался трудным размышлениям. Он был зол! Нет, он был в ярости! Произошло что-то непонятное, необычное, никогда с ним не происходившее! Кто — то нагло и властно, как будто имеет право, вламывается в его сознание, роется в его памяти (он ощущал это почти физически!), приказывает ему прекратить все действия против заговорщиков и самое главное: прекратить дело по обвинению Тарга в убийствах девушек как фальсифицированное! Ключевое дело! Пришлось согласиться… Но его извиняет то, что он был сильно напуган, впервые к нему в сознание проник посторонний… Что же это такое, когда это стало возможным? Скажи ему это кто-то посторонний — не поверил бы и счел ненормальным. А теперь что думать? Это что, гипноз, магия, колдовство? Да нет, про магию и колдовство — глупость! Гипноз? Слабо и не похоже — никто не смотрел в его глаза, не усыплял…
Так значит наука? Где? Кто? Когда это изобрели и применили, почему это ему неизвестно? А вот «этим неизвестным лицам» известно! «Они» уже пользуются! Возможно, разновидность гипноза, только дистанционного?
Теперь надо прикинуть, кто же это мог? Интуиция подсказывает, что это тот молодой наглец, Алекс, помощник Тарга и подручный Фарагона… Но откуда такие возможности? А может и не он… Надо посоветоваться с руководителем аналитического отдела, должны же «научники» что-то подсказать…
И еще: он ничего не помнил о событиях почти всего вчерашнего дня! А он всегда все помнил! Все тщательно планировал для себя, для подчиненных, сам выполнял все задуманное и требовал того же от них! Что же вчера произошло? Он нажал кнопку звонка. Через секунду вошел секретарь.
— Срочно в мой кабинет всех сотрудников, которые хотя бы краткое время были вчера со мной!
Поймал непонимающий взгляд секретаря, придал себе еще более свирепый вид и секретарь тут же бросился исполнять.
Кризанп встал из-за стола, походил по просторному кабинету. Его взгляд упал на глубокое кожаное кресло. В мозгу шевельнулось какое-то неприятное воспоминание, но оно было смутным и нечетким. Несколько секунд он пытался извлечь что-либо из своей памяти, относящееся к этому креслу, к этому смутному узнаванию, но после громадных усилий признал свое поражение.
В видеофоне появилось изображение секретаря:
— Господин министр, все прибыли! Можно входить?
— Да!
Они зашли. Четверо из его личной охраны, бывшие спецагенты (он всегда лично отбирал себе охранников), опытные люди, проверенные, испытанные и верные; личный водитель Реклен — тоже весьма испытанный и проверенный кадр; мадам Тегония — ведущий специалист в его ведомстве по работе с женским контингентом, не один десяток лет проработала с ним бок о бок и всегда он мог быть уверен в ней.
Он обвел их сердитым взглядом и рыкнул:
— Рассказывайте!
Увидев, что они в замешательстве, приказал:
— Мадам Тегония, начните вы! Вспомните, все, что с вами происходило с утра вчерашнего дня! И расскажите, особенно — о том, что вам показалось странным и необычным!
— Я полагаю, что вам не особенно будут интересны мои рутинные обязанности в моем женском отделе. Но вот, что касается необычного и странного — я вам расскажу.
