За указателем виднелась свежая тропа. Дождавшись, когда мы выйдем из машины, Мария открыла багажник и извлекла четыре пары резиновых сапог.
— Надевайте. Это мера предосторожности.
Переобувшись, мы двинулись в глубь леса. Высокие ели заслонили лохматыми лапами небо, не пропуская солнечный свет, и в сумраке я пристально смотрела под ноги. Хруст сухих веток отдавался эхом в напряжённой тишине. Было холодно, пахло хвоей.
Через пару минут впереди показался просвет. Мы вышли к железной дороге, тянущейся по центру широкой просеки. Из-за разлива путь был перекрыт, поезда не ходили. Жухлая трава под подошвами рассып
— Поспешим, — сказала Мария, уже пересёкшая рельсы. В чаще по другую сторону что-то сверкало и краснело. — Не хотелось бы провести здесь полдня.
— Петер! — окрикнул Кир. — Чего ты завис?
Он остановился в нескольких шагах и потрясённо, почти с ужасом, смотрел на пути, прослеживая их глазами то вправо, то влево.
— Петер.
Он вздрогнул, когда Кир тронул его за плечо, и растерянно схватился за голову.
— Что с тобой?
— Нет, нет, ничего, это просто, — взгляд его, как бы Петер ни сопротивлялся, раз за разом цеплялся за рельсы, — просто это место, как будто, не знаю даже, словно оно…
— Эй, эй, успокойся, это всего лишь железная дорога.
Кира, похоже, такая реакция застала врасплох, и он сам начал нервничать. На помощь пришла Мария. Взяв Петера за руку, она поймала его взгляд и долго, сосредоточенно смотрела ему в глаза.
— Лучше?
— Да, — выдохнул Петер, и Мария отпрянула.
— Теперь мне кажется, что не брать с собой Франтишку было ошибкой. Если все пришли в норму, то предлагаю ускориться. И, пожалуйста, постарайтесь держать себя в руках. Я бы предпочла обойтись без происшествий, проблемы с Рыцарями нам сейчас совсем не нужны.
Она бодро зашагала вперёд, с усердием впечатывая сапоги в землю. Редко что-либо так выводило Марию из равновесия, и потому предчувствие чего-то нехорошего лишь больше росло во мне. И вправду, стоила ли затея с дикой магией всего этого?
Снова сухие ветки оглушительно трещали под ногами. Лес густел, но из глубины его как будто шёл свет. Красноватый свет. И очень скоро его источник предстал нашим глазам.
Сначала среди тёмно-зелёных елей показалась одна багряная, потом ещё несколько, и вот уже весь лес вокруг нас сменил цвет. Красная хвоя мерцала, точно мишура, и пропускала солнечные лучи до земли, усыпанной такой же красной кристаллической пылью. Ветер качал верхушки елей, и во все стороны разносился глухой звон. В глазах рябило, уши заложило. Терпкий, сырой запах леса исчез. А ещё через несколько шагов земля стала рыхлой, пропитанной влагой, точно болотный мох; она неприятно хлюпала под сапогами.
— Остановимся здесь, — сказала Мария. Прислонившись к ближайшему стволу, она дала нам время привыкнуть к окружению. — Вам ведь ещё не доводилось видеть, во что магия превращает живую материю? На самом деле, нечто подобное тому, что стало с этим лесом, практически не происходит. А если происходит, то в большинстве случаев это последствия именно дикой магии. Точно неизвестно, какими свойствами, кроме огромной разрушительной силы, она обладает. Её сложно изучать, а ещё говорят, будто бы каждый раз, когда дикая магия появляется, у неё обнаруживают новые особенности. Удивительно, что она превращает всё в такие красивые кристаллы.
Мария протянула руку и сорвала с ветки пучок багряных иголок, но они сразу же раскрошились в её ладони. Из интереса я повторила за ней: кристаллы оказались лёгкими и холодными, точно льдинки, и трескались от малейшего прикосновения. Причудливая игра света на их гранях завораживала.
— Кстати, — Мария просеяла красную пыль сквозь пальцы, — эта жидкость у нас под ногами — остатки дикой магии. Надеюсь, вы понимаете, что трогать её не стоит.
Кир, уже присевший на корточки и потянувший руку к земле, услышав эти слова, дёрнулся и отпрянул. Но слишком резко. Качнувшись, он не удержал равновесие.
Магия всплеснула под его ладонью. Кир вскрикнул. Вскочил, шагнул назад, и Петер подхватил его, испугавшись, что он снова упадёт.
— Проклятье, — буркнула Мария. Быстро и уверенно, словно делала такое каждый день, она выудила из-за пазухи платок и стёрла с ладони Кира остатки магии. Его всего трясло.
— Мария, что происходит? — лепетал Петер, трясясь почти так же сильно. — Рука… С рукой всё в порядке?
— Неужели непонятно, что дикая магия очень опасна? Каким идиотом нужно быть… Чёрт!
Мария взяла Кира за подбородок, всмотрелась в его глаза. Он едва ли реагировал, только тяжело дышал.
— Но ведь, — подала голос я, — Кир постоянно контактирует с чистой магией. Наверное, он просто не подумал…
— Ты права. Это полностью моя ошибка, — сказала Мария с привычной холодностью. — Возвращаемся. Сейчас же.
