Рей неожиданно смолк. По выражение его лица сложно было угадать, сосредоточен ли он на дороге или на собственных мыслях. Скорее, так бы выглядел человек, не сосредоточенный ни на чём. Но я не позволяла себе расслабиться. Только не в присутствии рыцаря.
— Ответьте на ещё один вопрос, госпожа Овертон, — скучающе произнёс Рей. — Вы верите во Владыку?
— Вы имеете в виду… бога?
Он откинулся на спинку сиденья, расслабленно положил левую руку на руль, а правую запустил во внутренний карман пиджака.
— Богом его назвать сложно. Но всё же он своего рода прародитель всех странников. — Достав что-то из-за пазухи, Рей протянул мне сжатый кулак. — Возьмите. — Я подставила ладони, и в них упал круглый чёрный камешек, нанизанный на тонкий кожаный ремешок. — Узнаёте?
— Морион? — предположила я, рассматривая причудливую гравировку, напоминающую древние письмена.
— Именно, камень Владыки. Говорят, такие талисманы приносят удачу. Я думал отдать его вам, потому и спросил про веру.
Талисман был буроватым на просвет и источал странное, чуждое мне тепло. Однако нечто притягательное, магнетическое отбивало всякое желание его отпускать.
— Не знаю. Как и в любой другой религии, легенда о Владыке похожа на вымысел. Но тогда кто приводит нас сюда? Кто присылает Приглашения? Если существует какая-то закономерность, то этому должно быть разумное объяснение.
— Здесь наши мнения сходятся, — улыбнулся Рей, и я почти забыла, что каких-то полчаса назад замирала в страхе перед этой улыбкой. — Всё возможно объяснить рационально. Но пока нам не хватает базовых знаний. — Он оправил пиджак и застегнул верхнюю пуговицу рубашки. — Если хотите, оставьте талисман себе. Мне от него всё равно никакого прока.
— Получается, вы носили его с собой не из-за своей веры?
— Нет. Даже если бы я верил во Владыку, он бы всё равно не был
— Странники по сути тоже обычные люди.
— Сомневаюсь.
Остаток пути мы разговаривали ни о чём, как и полагается малознакомым людям. Я бросила талисман в сумку и переключилась на другие мысли. Меня ждала Лукия. И в моей голове очень вовремя появился вопрос, ответ на который, как мне казалось, она могла знать.
По сравнению с другими комнатами дворца у Лукии было намного теплее, даже жарко. И всё равно на её узкие плечи была накинута шерстяная шаль. Покрывавший голову платок был светло-бежевым, без узоров или рисунка. Слишком простым для принцессы.
В её комнате я чувствовала себя чужой. Пусть она и оказалась не такой роскошной, как я представляла, в самом воздухе витало что-то по-королевски величественное. А может, мне это чудилось лишь потому, что я знала, кому принадлежат эти покои.
Плотные шторы были задёрнуты, пряча ещё не потемневшее небо. От согревающего света янтарных ламп становилось только жарче. Но Лукия куталась в шаль, и я не решилась попросить приоткрыть форточку или принести холодной воды. Сняла кардиган и понадеялась, что привыкну.
Когда подали чай, Лукия приказала горничной не беспокоить нас и заперла за ней дверь.
— Зачем это? — с опаской спросила я.
— Меры предосторожности. Бертран будет охранять снаружи. Нам не нужны лишние уши.
— Мы ведь в королевском дворце. Разве здесь кто-то может нас подслушать?
Несколько раз звякнув о блюдце, Лукия поднесла чашку к губам и прихлебнула. Мои слова утонули в этих звуках.
— Бережёного бог бережёт, — сказа она.
— У вас тоже так говорят?
— Странники подарили нашему миру гораздо больше, чем ты можешь вообразить. Технологии, культура, социальный строй — вся наша история была написана с оглядкой на вашу. Мы как паразиты на теле вашей планеты.
— Почему сразу паразиты?
— Поверь, так оно и есть. Ты ещё многого о нас не знаешь.
— Но узнаю однажды?
— Выбор будет за тобой.
Я окончательно потеряла нить. Лукия будто бы играла со мной, танцевала на топком берегу, то вытягивая меня из мутной воды, то толкая обратно. Голова шла кругом. Чай встал поперёк горла.
— Дорогу осилит идущий, — довольно произнесла Лукия и снова отхлебнула из чашки.
А я поняла, что вот-вот сорвусь, если это продолжится. С меня было достаточно ещё в агентстве. Сколько должно произойти в один день, чтобы он кончился?
— Лукия, — я сцепила пальцы, едва удерживая контроль над голосом, — ты же не просто так позвала меня сегодня? Пожалуйста, скажи, чего ты хочешь. Иначе я уйду.
Её бледное лицо стало ещё бледнее. Она заметалась, не зная, куда деть руки, куда спрятать глаза. В итоге она просто закрыла лицо ладонями.
— Я опять это сделала, да? Опять увлеклась?
— Немного… хотя я не уверена, о чём ты.
— Проклятье. — Отняв руки от лица, Лукия смотрела в пол. — Что бы я ни делала, я остаюсь такой же, как они. Потому что поддаюсь их влиянию? Или потому что мы одной крови?
— Ты про своих сестёр?
— И про них тоже. — Она подняла потухший взгляд, шмыгнула носом. — Извини. Заставляю тебя терпеть мои заморочки. В самом деле, я позвала тебя не для этого.
С улицы донёсся собачий лай. Лукия вздрогнула, повернулась к окну, прислушалась. Вздохнула.
— Кати дрессирует собак, похоже.
