Склонность к аферам и авантюрам в сочетании с наивысшим воровским мастерством, соединенные в одном человеке, способны поставить вверх дном не только королевский дворец вместе с его обитателями, не только столицу и её жителей, но и целое государство вкупе с его соседями. И в Гиперийском королевстве есть такой человек – молодой, энергичный, умный, предприимчивый, благородный и по-своему честный… жулик. Знаменитый Арканарский вор. Недаром такое звание носит он один: равных ему просто нет и он ежечасно может это доказать кому угодно – и власть имущим, и знаменитым магам, и простому народу…А ещё его зовут Графом, даже не подозревая, что это – его родовой титул. Впрочем, об этом не знают и его приёмный отец, и сам ловец удачи…
Сонное бурчание из спальни заставило Ворона замереть с высоко поднятой над подоконником ногой и затаить дыхание. Вор стоял в стойке богомола, и ни один посторонний взгляд не почуял бы жизни в этой застывшей фигуре, а потому скользнул бы равнодушно мимо.
Это был высший класс, особенно если учесть, что проделал он это с тяжеленным мешком на горбу. Молодой вор уже вторую неделю шуршал по графству Арли. Он твёрдо решил восстановить своё реноме в столичной гильдии воров и надо сказать, был близок к успеху. Это пограничное графство оказалось очень богатым, и на хате вора, где он остановился на постой, скопилось уже столько добра, что триумфальный въезд в Арканар ему был обеспечен. Глава гильдии теперь просто обязан будет поднять фартового домушника в табеле о рангах на очередную ступень и допустить к сходу – совету, на котором решались самые животрепещущие вопросы воровской жизни. Ещё одна такая ночка…
Ночка оказалась не самая удачная. Это вор понял сразу, как только в проеме окна, у которого он стоял, нарисовалась волосатая рожица. Нос картошкой, любопытные, улыбающиеся глаза, в оскаленных зубах – нож.
Несколько мгновений они хлопали друг на друга глазами. Первым опомнился вор.
– Извини, – деликатно сказал он, огревая конкурента выдернутым из мешка серебряным подсвечником, – но я здесь уже всё обчистил.
– А-а-а!!! – согласился с ним конкурент, падая вниз.
Раздался глухой удар. Ворон высунулся из окна. Около копошащегося на земле воришки суетилось два его подельника. Такие же волосатые. Единственная одежда, украшавшая мохнатые тела неудачливых налетчиков, состояла из коричневых кожаных штанов, по которым Ворон их и опознал, хотя раньше ему с этими существами сталкиваться не приходилось. В Арканаре, столице Гиперии, они не водились, а здесь иногда просачивались через границу с тёмной стороны. Это был самый трусливый и вороватый вид троллей, которых по форме одежды так и называли – Коричневые Штаны. Иногда они действовали поодиночке, но порой выходили на охоту целым племенем, особей по сорок-пятьдесят штук, для набегов на селения, и тогда могли стать по-настоящему опасными для баб, девок и маленьких детей, встречавшихся на их пути. Они воровали всё подряд, грабили, насиловали, могли даже пустить в ход нож, но стоило им только нарваться на десяток мужиков, вооружённых обычными оглоблями, как тролли бросались врассыпную, забывая о добыче, и удирали со всех своих мохнатых лап, охваченные дикой паникой. При этом оставляли за собой такие ароматы, что сразу становилось понятно, почему воришки выбрали такой специфичный колер для своих штанов.
– Что?
– Где?
– Узнал, где сокровищница? – тормошили подельника тролли.
В спальне опять завозились. Раздались встревоженные голоса. На этот раз Ворон не стал изображать статую.
Он знал, в какой момент надо начинать делать ноги. По его мнению, этот момент наступил.
– Эй, мужики, лови!
Тролли задрали головы, честно словили на себя тяжеленный мешок и улеглись отдохнуть рядом с товарищем. Всё-таки воровские навыки – великая вещь! Ворон достиг земли едва ли не быстрее своей добычи, используя неровную каменную кладку отвесной стены в качестве лестницы, закинул мешок на спину и кинулся в проулок провинциального городка Одижон, мэра которого он только что обчистил. У хорошего вора всегда есть запасные пути отхода, если вдруг что-нибудь пойдёт не так. Наличие в городе Коричневых Штанов означало, что скоро на улицах будет полно стражи, и, пока она не появилась, из Одижона надо срочно бежать. Ворон несся на всех парах в сторону конюшен, где он за умеренную плату оставил на попечение вечно пьяного конюха своего жеребца. Он выбрал самую дальнюю дорожку. Для вора длинный путь частенько бывает самым коротким, так как по нему не разгуливает городская стража дозором.
Ворон скользил по узким, извилистым улочкам к своей цели, как вдруг узрел на пути досадное препятствие. Долговязая фигура во всём чёрном чертила посохом на плотно затрамбованной земле странные знаки, что-то озабоченно шепча себе под нос. Ворон мысленно зарычал.
Как это некстати! Искать другой путь времени уже не было. Вор опять извлек из мешка подсвечник, прикинул его тяжесть в руке…
Из посоха странной личности вырвались яркие лучики света и подожгли пять факелов, воткнутых в землю вокруг него. Они вспыхнули, осветив начертанную на земле пентаграмму, в углах которой и были установлены факелы.
Пентаграмма была расписана странными каббалистическими знаками, но не это привлекло внимание вора.
