— Хочу, — кивнул тот. — Варда описала мне то, что видела: светящуюся жидкость в котлах и какие-то предметы, которые в них бросили. В том числе и что-то, что бросила она сама. Или что дали бросить туда ей. Ты же понимаешь, Пенлод — айнур сами не знают, как они устроены: во всяком случае, как устроены самые могущественные из них, а именно те, что предпочли облик детей Илуватара: Валар и приближённые к ним майар. Даже Майрон не догадался, что имеет дело с фрагментами костей, пока ему этого не сказал Тургон. Даже она могла не осознавать, что видит. Что-то из того, что было брошено в ямы, откуда позднее выросли Деревья, представляло собой остальные фрагменты тела. Или тел. Если свечение Деревьев представляло собой заключённую в них в виде сока кровь, то вполне естественно, что эта кровь смогла органически соединиться с оболочкой, слиться с ней в единое целое. Тебе ведь Майрон рассказывал, что Сильмариллы показались ему какими-то мягкими, незаконченными, когда попали к нему в руки? И даже при этом свет не вылился из оболочки.
— Если свет не выливается оттуда, — сказал Пенлод, — то… то их, может быть, можно было разрезать? Кстати, Гватрен, а ты знаешь, что Сильмарилл, который унёс отсюда Берен Эрхамион, был поддельным?
— Нет, — поражённо ответил тот.
Пенлод объяснил, как он догадался об этом, увидев в мастерской Майрона корону и отверстия для камней в ней.
— Ты сам как думаешь, Мелькор или Майрон могли распилить их? — спросил Пенлод. — Сделать новые?
— Нет, Пенлод, я думаю, что распилить их никто не мог, не выпустив — не разлив — Свет. Особенно учитывая, что этот Свет, как я тебе уже сказал, собой представляет. Дело в другом. Вот это вот, — Гватрен постучал по странице, — объясняет, откуда взялся ещё один Сильмарилл. А может быть, и не один.
— Каким образом? Ведь в этих главах нет ни слова о Сильмариллах… — ответил Пенлод.
— Пенлод, очнись. Ты же говорил, что Тургон показывал, как Феанор выкроил Сильмариллы из черепа. Было двое пропавших Валар — Макар и Меассэ. Значит, было два черепа. Из двух черепов можно было сделать шесть камней. Как минимум. Значит, весьма вероятно, что второй комплект камней существует.
— Но… Квеннар, как же тогда? Что теперь думать — по поводу чего Феанор и его сыновья дали клятву? Это же с ума можно сойти! — Пенлод начал нервно ходить по кабинету. — Они имели в виду все камни? Что с другими тремя? Или четырьмя? Ведь можно предположить, что если использовался череп Макара, он мог быть больше, чем череп его сестры, ведь он же был мужчиной?.. Ох, что я говорю!
— Пенлод, ты же читал мой словарь вроде бы, — горько усмехнулся Гватрен. — Я же ещё там говорил, что Клятва — довольно бессмысленная штука. И дело не только в том, сколько вообще существует камней и какие из них можно считать «сильмариллами». Кто вообще может считаться хранящим их? Как они попали к Мелькору, если он не убивал Финвэ, а Финарфин, как ты говоришь, их ему передать не смог?
— Если в этом деле принимают участие Валар, — сказал Пенлод совсем тихо, — и мы подозреваем, что Валар убивают друг друга, то открывается гораздо больше возможностей. Становится отнюдь не обязательно искать похитителя Сильмариллов в доме Финвэ. Ведь тот же Ирмо или Эстэ могли усыпить всех и войти в дом так, что никто потом ничего бы не вспомнил…
— И самым подозрительным, — сказал Гватрен, — это всё делает Феанора.
— Но почему? Ведь всё равно получается, что Феанор пострадал больше всех! Финарфин убил его отца, и ему пришлось покинуть Аман в поисках Сильмариллов — кто бы их ни похитил! Он погиб первым из нас…
— Я не знаю, что думать, Пенлод, — покачал головой Гватрен. — Мы сейчас перестали понимать Феанора, вот в чём дело. Мы не знаем, почему он решил сделать эти камни из этого материала. Мы не понимаем, какую игру он вёл с Валар. Неужели никто из Валар или из их прислужников-майар, за всё это время не попробовал хотя бы побеседовать с ним о камнях и о том, из чего они сделаны? Что ему сказали? Что он сам думал по этому поводу? Почему он сам так дорожил Сильмариллами? И в конце концов, Пенлод, ты помнишь, с чего началось всё это расследование? С того, что Майрон зашёл в покои Тургона здесь, в Ангбанде, и сказал Тургону, что ему было неприятно убивать Феанора. Феанора, эльфа, который родился в Амане и которого он вроде бы раньше никогда не видел. Почему?
Комментарий к Глава 43. Сад, где растут розы для прекрасных дев * У Толкина есть много разных эльфийских имён Варды, но варианта прямо на валарине нет. Однако в приложении к «Утраченным сказаниям» упоминается возможно, эльфийское по происхождению общее имя Манвэ и Варды – Wanwavoisi. Первая часть – Wanwa- явно обозначает Манвэ и, видимо, связана с одним из вариантов эльфийских обозначений ветра. Я взяла вторую часть и позволила себе её немного «починить», чтобы она стала больше похожа на валарин :)
====== Глава 44. Расколотая душа (1): Близнецы ======
