— Эспер, — его голос, напротив, прозвучал твёрдо и отчётливо, как и всегда. — Я уверяю тебя, Льюис Аддерли едва ли осознал себя как хирурга и внёс вклад в развитие науки, если бы на него не надавило очень много людей. Дело не в гениальности.
— Вы тоже были среди тех, кто надавил на него?
— Да, был. Пойдём, я покажу тебе город. Поскольку ты здесь не задержишься надолго, я хочу, чтобы ты, по крайней мере, увидел что-то новое.
— Скоро приедет внук мистера Финча, — опомнился Эспер.
— Как только это случится, меня оповестят.
Пока Дэвис водил его по местным достопримечательностям и просто по красивым тихим местам, попутно здороваясь и перекидываясь парой фраз с местными жителями, Эспер рассказывал про учёбу в школе, про колледж. Он снимал квартиру-студию близ известного по фильму «101 далматинец» парка Сент-Джеймс, из-за чего в колледже перебивался подработками — продавцом в магазине спорт-товаров, в игровой индустрии, вёл видео-блог, — пока однокурсница не помогла устроиться в мебельно-дизайнерскую компанию.
Он начал рассказывать про себя в попытке вызвать Дэвиса на откровенность.
— После колледжа, почему ты не вернулся к родителям? — спросил наследник, когда они поднимались по круто идущей вверх улице, где, по словам Райвена, простиралась парковая полоса и зимние парники.
Наверное, не стоило вываливать на малознакомого человека подробности своей жизни, но то, с каким вниманием его слушал собеседник, подкупало.
— Как только я поступил в колледж, моя мама никогда не приходила на соревнования, — невесело ответил. — Накануне соревнований она меня отвлекала, она ничего не знала про мои закрытые тренировки с выездами, и пыталась до меня дозвониться.
Словно заранее готовясь к какому-то вербальному давлению, Эспер поинтересовался:
— А ваши родные, мистер Дэвис?
Слова жгли язык, так хотелось бросить: не пожалеет ли тот, что не нашёл времени бывать на лесопилке своего отца почаще?
Они обогнули парники и свернули на гравийную дорожку, ведущую вглубь парка, неотличимого от того места, где Эспер натолкнулся на ловушку. Заросший полудикий парк на окраине сливался с лесом. Слишком далеко от центра, промелькнуло в голове. Эспер только сейчас сообразил, что они движутся прямиком в дебри.
Южнее к смотровой площадке вёл каменный мост. Видя его ступор, Дэвис указал направление:
— Мы обойдём по мосту и вернёмся другим путем, так ближе к особняку.
Тропка поднималась над городом. Ощущение оторванности от цивилизации в этой части Неаполисса ощущалось особенно остро. Пока Эспер изучал гравийный подъём под ногами и деревья, плотным кольцом окружавшие смотровую площадку, Дэвис развёрнуто описал пути сообщения с городом пять и десять лет назад, рассказал о старом и новом мэре Неаполисса, о переменах, произошедших с назначением последнего. Несмотря на то, что проход находился в черте города, ведущую наверх склона тропу обступили мощные столетние деревья с торчащими из земли корнями.
Преодолев земляной подъём, Эспер задержался у деревянной лестницы без перил, проложенной вверх по склону, туда, где был самый лучший обзор. Лестница была достаточно широкая для двоих.
Спутник ответил, когда уже Эспер решил, что его вопрос проигнорировали.
— Я не поддерживаю связи с родителями.
Давно вертелось на кончике языка:
— А ваш отец, что он был за человек?
— Сейчас я занимаюсь этим делом, — совершенно очевидно Дэвис был недоволен выбранной темой. Правое его плечо опустилось, словно от одной необходимости отвечать его всего перекривило. — Дела моего отца пускай тебя больше не беспокоят.
С громким щелчком одна из ступеней треснула под ногой. От неожиданности Эспер вздрогнул.
После того, как он открылся перед посторонним человеком, чужая реакция отозвались в животе лёгким уколом. Это, конечно, не его дело, но можно ведь хотя бы из вежливости рассказать что-то и о себе.
С возвышения открывался вид на застроенные старинными зданиями улочки и окрестности Неаполисса, окруженные плотной стеной леса. Со смотровой площадки был виден край рельсовых путей, выходящих из подземного туннеля на землях Финча. В стороне от лесопилки располагался акведук, при виде которого Эспер на время забыл об их разговоре.
По словам мистера Дэвиса, раньше на дне долины протекал канал, пока со временем вода не ушла: канал обмелел, вскоре русло полностью пересохло. Мужчина прекрасно знал не только сам город, но и прилегающие земли, и приводил историческую справку с такой уверенностью и детальностью, словно почерпнул информацию из собственной жизни.
В памяти возник образ заслонившего свет человека в экипировке охотника, с ружьём и тушками мёртвой птицы. В тот момент даже в самой лесной тиши ощущалось нечто зловещее. Совсем не то, к чему он готовился по приезду в удаленный промышленный городок.
Как бы ни хотелось покончить с делами одним махом, Эспер успел пожалеть, что уже скоро он будет в Лондоне и никогда больше сюда не вернётся. Билет удалось обменять — в оставшееся время до ночного экспресса он собирался выбраться в город.
Спохватился сделать фото и дёрнул молнию на куртке, чтобы достать телефон.