Помещение бассейна казалось мрачнее обычного, большая часть ламп была отключена, приглушённый свет по всему залу падал на воду. Сейчас поблизости не было ни души — как раз то, что ему требовалось: одиночный заплыв и полная концентрация на тренировке.
Через огромные окна был виден густеющий вечер, почти округлившаяся луна в ободке облаков застыла напротив стартовых помостов. Затянутое тучами небо на глазах темнело.
Эспер быстро покончил с разминкой. Для начала собрался проплыть пару дорожек. Зарядки на суше и в воде сегодня было более чем достаточно, по мышцам рук и ног растекалось тепло. Эспер вскочил на стартовый помост и бросился в воду. Спустя несколько секунд вынырнул и, совершая сильные махи руками, начал наращивать темп. Длинная дистанция была самым слабым местом. Кроме собственного шумного дыхания он различал только всплески воды. Несколько поистине приятных минут проплыл вольным стилем, рассекая воду уверенными гребками рук. Вода мягко, почти ласково принимала его тело. На половине дистанции снизил темп.
Перевернулся вверх грудной клеткой и, удерживая кислород, проплыл остаток дорожки под водой. Он полностью сосредоточил внимание на плавных гребках, пытаясь определить, есть ли неприятные ощущения во время махов руками.
Перед повторным погружением засёк время.
Почти сразу всё пошло не так. Во время заплыва на полторы тысячи метров Эспер прислушивался к своим ощущениям: лёгкий дискомфорт в правом подреберье и выше, ощущение стянутости и давления, но по-настоящему сильной боли он не испытывал. Амплитуда движения рук широкая, положение тела ровное. Тем не менее, стало сложнее удерживать кислород подолгу: после минуты задержки начинало покалывать в рёбрах, давление в боку усиливалось. Спустя две с половиной минуты задержки дыхания начинала кружиться голова. Головокружение прекращалось, стоило остановиться. Кроме того уже после половины дистанции он начал выдыхаться. Итог был удручающий. Оставалось надеяться, что за результатом стоит дневная нагрузка: всё-таки он весь день лазил по холмам.
Резко вскинув голову над водой, Эспер заглотил воздух и вцепился скользкими пальцами в бортик. Свободной рукой саданул по стенке бассейна. Раздражение вылилось наружу. Что же он за урод такой! Расслабил скрюченные пальцы и ушёл под воду. Даже с увеличением нагрузок он не вернул себе форму.
Дело было не в пропущенных тренировках, состоянии здоровья или работе, даже не в собственном настрое — просто его тело ослабло.
Выплеснув злость, Эспер покружил под водой. Здоровая неповоротливая рыбина. Лёгкие горели, не хватало кислорода.
Он был как заведённый: широко рассекая воду, совершил несколько энергичных гребков, бросая тело вперёд, как разряд, и плавно вошёл в поворот, расслабил руки, скользя по инерции. Словно вместо ног отрос рыбий хвост — соединив лодыжки, энергично заработал мышцами ног.
Эспер не думал о том, как выглядит со стороны. Неуравновешенный, взвинченный, то резко выныривал и остервенело грёб, то расслабленно дрейфовал на манер рыбки в аквариуме.
Лёгкие разрывались от нехватки кислорода. Тело ломило от усталости. Эспер схватился обеими руками за бортик и закинул поверх локти.
Собственное шумное дыхание и гул в голове помешали сразу обратить внимание на треск над головой. Под силой давления мышцы на руках напряглись. Держась за бортик, Эспер вскинул лицо, пытаясь определить источник звука. Невидяще, как крот, пока не додумался сдёрнуть очки на лоб.
Багряное небо за окном почернело. Должно быть, он проплавал минут сорок. Из-за плитки неестественно голубая вода бассейна теперь особенно бросалась в глаза.
Треск исходил от ламп. Осветительные приборы готовы были вот-вот погаснуть. Лампы мигали — одна над самим бассейном и ещё одна у входа в зал. Неприятный треск резал слух. Неполадки с электричеством? Что, опять?!
Кожа покрылась мурашками. Почему ему кажется, что он уже слышал нечто подобное? В подвале мистера Финча. Ещё перед сбоем в работе электросети на фуршете.
Вскинул лицо. Лампа над бассейном ни с того ни с сего моргнула и разгорелась, всё затихло.
После заплыва сердце лихорадочно стучало. С шумом выдыхая, Эспер огляделся. Медленно исследуя помещение, заметил, что пустынный зал приобрёл зловещий вид. За приоткрытой дверью, ведущей в раздевалку, были непроглядные сумерки.
Лампа у входа перестала мигать. Эспер ещё немного выждал, оглядываясь, словно ожидал, что бассейн сейчас уйдёт под землю, и он окажется в том подвале, или произойдёт нечто подобное. Тяжело дыша, он вернул спидо на место, опустился в воду по подбородок и оттолкнулся от стенки.
Заплыв на спине. Толчок. Стартанул что есть силы, но едва ли он замечал что-то: все мысли теперь были о подвале. Проплыв под лампой и не заметив ничего необычного, Эспер перевернулся и постарался сконцентрироваться на гребках. Усталость давала о себе знать: движения не выходили такими красивыми и выверенными, как прежде.
Что за ерунда с освещением? Долго меня ещё будет преследовать проклятие электричества?