В ресторане «Астория» Андрэ и Даша сидели за столиком и пили французское шампанское «Вдова Клико». Они сидели на соседних стульях близко друг к другу, и француз, разговаривая, иногда наклонялся в сторону и чувствовал щекой локон волос Даши. На сцене заиграл оркестр медленную мелодию. Андрэ встал и протянул Даше руку. Они вышли на середину зала, Даша обняла Моришаля, они стали танцевать медленный танец. Музыка начала играть быстрее, Моришаль, вытянув руку, закружил Дашу. Девушка отошла от Моришаля на два шага и начала делать фуэте — много раз подряд. Моришаль, открыв рот, смотрел на необычный танец. Вокруг Даши собрался народ. Когда она закончила, раздались аплодисменты.
Никита и Стелла через окно наблюдали за парочкой. Стелла слегка размялась — сделала несколько взмахов руками и покрутила головой.
— Да, ты был прав, это уже серьезно.
— Жалко мужика.
— Ты это уже говорил.
— Ну, ты никак не отреагировала, я и повторил.
— А как я должна реагировать? Упасть в обморок? Мне его не жалко. За что боролся — на то и напоролся.
— Какие вы жестокие. О, женщины, имя вам — коварство.
— Никита, огромная просьба — хватит пороть чушь!
Лимузин подъехал к дому Даши. Андрэ вышел первым из машины и подал девушке руку. Они подошли к парадной. Француз поцеловал Даше руку.
— Спокойной ночи, Даша.
— Может… зайдешь?
— На чай?
— Ну какой чай, Андрэ?
— Не пойду, Даша.
— Но почему?
Моришаль грустно улыбнулся.
— Потому что я не хочу с тобой секса.
— Интересная история. Разве я тебе не нравлюсь? — удивленно спросила Даша.
— Нравишься?! Да я тебя люблю! Я хочу на тебе жениться!
— Как? Что ты говоришь? — зашептала Даша. — Мы же знакомы всего три дня. Это безумие.
— В том-то и дело. Я знаю многих женщин годами, но такого, что я испытываю к тебе, я ни к кому никогда… ничего подобного… ты права, это безумие!
Моришаль достал из кармана бархатную красную коробочку, открыл ее и надел колечко с бриллиантом на палец Даши. Девушка молча стояла, она была в шоке. Француз посмотрел ей в глаза.
— Даша, ты согласна?
— Я… я не знаю. Слишком неожиданно.
— Хорошо, я понимаю, тебе надо подумать. Сделаем так — я прилечу за тобой через неделю. Мне надо кое-что уладить в Париже. Если ты согласишься, то будь к этому времени готова уезжать.
Он поцеловал Дашу в щеку и вернулся к лимузину. Даша, еле сдерживая слезы, пошла к дверям.
Стелла и Никита в ста метрах от дома с удивлением наблюдали за сценой признания.
— Да это пипец как серьезно, — сказала Стелла.
— Все-таки его жалко, — ответил Никита.
— Заткнись, а? Опять бесишь. Поехали уже.
Они поехали за лимузином. У них был четкий приказ — не спускать глаз с француза. Если бы они знали, что произойдет дальше, они бы не спускали глаз с Даши.
А Даша тем временем вошла в дом и приблизилась к лестнице. Она остановилась, почувствовав, что сзади кто-то есть, и резко обернулась. Сбоку от двери молча стояла Рената, она сделала два быстрых шага в сторону Даши. Резкий нокаутирующий удар — и девушка, потеряв сознание, лицом упала на каменный пол.
Француз, насвистывая мелодию из фильма «Мужчина и женщина», зашел к себе в номер. Он включил свет и скинул пиджак. Раздалось деликатное покашливание. Моришаль вздрогнул. В кресле сидел Прохоров. В руке у него был бокал с коньяком.
— Извините, месье Моришаль, за мой французский — давно не практиковал, и за то, что я взял без спросу ваш коньяк. Необыкновенный букет. «Мартин Икс О» мой любимый.
Он сделал глоток. Моришаль подошел к нему поближе.
— Кто вы и что вам надо?
— Мое имя вам ничего не скажет. Фамилия тоже. Довольно распространенная русская фамилия. А теперь по поводу вашего второго вопроса. Ничего такого, что бы вы не смогли сделать, мне не надо. Просто моя компания не заинтересована, чтобы предприятие, ради которого вы совершили вояж в Санкт-Петербург, получило французское финансирование. У нас достаточно своих денег, чтобы самим это сделать.
— Понятно. Вы рейдер?
— Можно и так сказать.
— Насколько я знаю, рейдеры захватывают предприятия, привлекая именно иностранный капитал.
— Совершенно верно. Но я с французами не работаю.
— К сожалению, ничем помочь вам не смогу. Не знаю, как у вас в стране, а у нас рейдеров считают бандитами.
— Ну вот, обозвали бандитом, а я всего лишь бизнесмен. Очень, очень жаль. Не хотелось прибегать к крайним мерам. Не знаю, как у вас в стране, а у нас это запросто. Впрочем, что я говорю. Нет стран, где не существует крайних мер. Разве что в Ватикане, но там папа рулит. Другой менталитет.
— Вы что, бредите, при чем тут папа римский?
— Ха-ха-ха, насмешили. Я не брежу, я просто пытаюсь вести милую беседу.
— Вы собираетесь меня убить? Это ничего не изменит. Отчет я уже отправил в Париж.
— Ничего страшного. Вы ведь можете изменить свое мнение. И отправить еще один отчет.
— Я никогда свое мнение не меняю.
— Похвально. Значит, если вы решили жениться, то уже никогда не передумаете?
— На что вы намекаете?
Прохоров достал из кармана колечко, которое Андрэ подарил Даше.
