Когда вошли детективы, Катлер сидела за столиком и потягивала из чашки горячий черный кофе.
– Честь для меня, – заметила Стефани Робб, усаживаясь с Санторо напротив Даны.
Робб только еще начинала работать детективом, когда Дана перебила байкеров, изнасиловавших ее. Этот поступок сделал Катлер героиней в глазах Робб и многих других женщин, работавших в полиции.
Дана кивнула, но промолчала. Она надеялась, что Стефани намекает на дело с участием президента Фаррингтона, а не на инцидент с байкерами. Убивая изготовителей наркотиков, она просто обезумела от ярости, и лишила жизни бандитов лишь ради того, чтобы выжить. Но тут, к счастью, к столику подошел официант. И Дана получила возможность сменить тему.
– Вы говорили, у вас есть информация по делу Блэра, – сказал Санторо, когда официант, приняв заказ, удалился.
– Да, есть, и весьма нелицеприятная. Не знаю, как вы ей воспользуетесь, но чувствую, что должна рассказать все, что знаю.
Детективы внимательно слушали, когда Дана рассказывала им о своих попытках разыскать скипетр Оттоманской империи, а также о том, что задание это было всего лишь розыгрышем, придуманным Кэрри Блэр. Официант принес еду незадолго до того, как она закончила.
– Как, по-вашему, с какой целью Кэрри выплатила вам и этим актерам довольно приличную сумму? – спросила ее Робб, когда Дана умолкла.
– Вы ведь считаете, что мотивом для убийства послужило добрачное соглашение, верно?
Робб кивнула.
– Думаю, Кэрри поставила целью убрать меня из округа Колумбия, поскольку считала, что я располагаю информацией, которая помогла бы Блэру лишить это соглашение юридической силы.
– Какого рода информацией?
– До того, как расскажу, позвольте задать один вопрос.
– Валяйте.
– Вы сами видели это соглашение? Можете доказать, что оно существует?
– У нас возникли проблемы в связи с подтверждением его существования, – ответил Санторо. – Адвокат Хораса не разрешает ему говорить об этом, а Джек Пратт, юрист по гражданским делам из корпорации Блэра, отказывает нам во встрече. Но раз вы присутствовали сегодня на заседании, то должны были слышать об информаторе, который может подтвердить, что Хорас говорил ему, что убил свою жену, не желая выплачивать ей двадцать миллионов долларов по истечении срока соглашения.
– А на каких условиях Кэрри должна была бы получить эти деньги? – спросила Дана.
– Информатор сказал, что, по словам Блэра, она должна была получить деньги, если не разведется с ним и не будет изменять на протяжении первых десяти лет брака, – ответил Санторо.
– Мы не знаем, включены ли эти условия в пункты добрачного соглашения, поскольку не видели его, – заметила Робб. – Но определенный смысл в том есть.
– Моя информация может пробить брешь в вашей теории.
И тут Дана показала детективам снимок с Кэрри и Чарльзом Бенедиктом.
– Это Кэрри Блэр и Чарльз Бенедикт у выхода из дома Бенедикта. Снято около семи утра того дня, когда Кэрри наняла меня, прикинувшись Марго Лоран.
Робб уже через несколько секунд поняла, что может означать этот снимок.
– Думаете, Бенедикт трахал Кэрри Блэр?
– Я сидела в машине неподалеку, снимала на телефон одного мелкого мошенника, намеревавшегося кинуть страховую компанию. По заказу этой самой компании. И тогда понятия не имела, кто такие Кэрри Блэр и Чарльз Бенедикт. Блэр, заметив меня, буквально обезумела. Начала что-то кричать, бросилась к моей машине, ну и я тут же отъехала. Кэрри вела себя как человек, совесть которого нечиста. Я бы действовала точно так же, если бы некий частный сыщик застукал меня на измене мужу и этот факт обошелся бы мне в двадцать миллионов долларов. Думаю, что Блэр запомнила номер моей машины, ну и по нему выяснила, кто я такая. Позже тем же днем она позвонила Элис Форте, адвокату, на которого я работаю, и узнала мой номер телефона. Ну, а уже потом позвонила мне, прикинувшись Марго Лоран… И ваша проблема заключается в следующем, – добавила Дана. – У Хораса Блэра не было причин убивать Кэрри, если он знал, что она нарушила условия соглашения.
– Блэр мог и не знать, что у жены есть кто-то на стороне, – заметила Робб. – И если он не знал, то мотив убить ее оставался.
– Это, конечно, так, – кивнула Дана. – Но очень велики шансы, что человеку с возможностями Блэра не составило бы особого труда выяснить, изменяет ему Кэрри или нет.
– И все равно это не снимает подозрений с Блэра, – возразила ей Робб. – Мужья то и дело убивают неверных жен. Может, он был ревнивым супругом. Но тут есть нечто другое, что заставляет меня думать, что Блэр ничего не знал об отношениях Кэрри с Бенедиктом.
– Что именно? – спросила Дана.
– Если у Бенедикта была интрижка с женой Хораса и тот об этом знал, почему тогда он нанял Бенедикта себе в защитники? Разве это не доказательство того, что миллионер ничего о них не знал?
– Тоже верно. Хотя… как знать, – Дана пожала плечами. – Мне пришлось наверстывать упущенное после возвращения с «охоты» за скипетром, а потому не было времени как следует об этом поразмыслить. Просто мне пришло в голову, что я должна рассказать вам о скипетре и Бенедикте.
Санторо взглянул на часы.
– Через десять минут заседание возобновится. Нам пора.
Официант принес счет. Фрэнк достал бумажник, расплатился наличными и положил бумажник рядом на скамью.
– Спасибо за ленч, – сказала Дана.
– Спасибо за все, что рассказали нам, – кивнул Санторо.
Детективы ушли, и Дана принялась за сандвич. Она чувствовала облегчение, выполнив свой гражданский долг, и думала, что может теперь спокойно выбросить дело Блэра из головы. Но ощущение это длилось недолго. Дверь в кафе отворилась, вошел Фрэнк Санторо, двинулся прямо к ее столику и забрал бумажник, который забыл на скамье.
– Оставил его специально, чтобы был предлог вернуться, – сказал Санторо, убирая бумажник в карман. – Мне надо поговорить с вами, и я не хочу, чтобы об этом знала Стеф. Давайте встретимся где-нибудь сегодня вечером?
Глава 34
Дана обнаружила заведение «Виннис», когда работала под прикрытием в отделении по борьбе с наркотиками при полицейском управлении округа Колумбия. Оно как нельзя лучше подходило для тайных встреч сразу по нескольким причинам. Во-первых, «Виннис» располагалось в районе, пользующемся самой дурной славой, а потому возможность встретить кого-то из знакомых у Даны и Санторо была сведена к минимуму. Во-вторых, местный повар готовил потрясающие гамбургеры и картошку фри.
Санторо пришел минут через двадцать после того, как Дана сделала заказ. И с трудом, но все же разглядел ее в густом синеватом дыме от запрещенных сигарет, который плавал в воздухе.
– Извините за опоздание, – сказал Санторо. – Пробки.
– Не проблема, – она указала на стол, уставленный едой. – Вот, заказала вам гамбургер и картошку фри. Будете мне благодарны.
– Можно и пивка глотнуть. После этого заседания у меня голова разболелась.
Дана взмахом руки подозвала официантку и попросила принести кружку пива.
– Ну, что, Гарднер отпустил Блэра на поруки? – спросила она.
– Отложил решение до утра.
– Так почему тайная встреча? – спросила она.
– Сколько вы берете за услуги?
– Хотите меня нанять?
– Может быть. Даю вам возможность подумать над предложением, пока не закончим разговор.
Дана назвала ему сумму, которую обычно брала за час работы.
– Что ж, могу себе позволить, – сказал Санторо. – Но перед тем, как все расскажу, вы должны обещать, что все останется только между нами.
– Договорились.
– У меня есть сомнения по делу Блэра.
– Своей напарнице об этом говорили?
– Пытался. Но Стеф твердо убеждена, что именно Блэр убил свою жену, и просто меня не слышит. Поэтому мне нужен человек, способный взглянуть на дело свежим взглядом и без всяких предубеждений. Как думаете, справитесь?
– Постараюсь. Но почему вы сомневаетесь в виновности Блэра? – спросила Дана.
Подошла официантка, поставила на стол перед Санторо кружку пива. Прежде, чем ответить, он жадно отпил глоток.
– Вы ведь слушали свидетельские показания?
– Ну, да. Б
– О, кей. Ну, так вот, прежде всего, меня смущают эти анонимные сообщения. Даже информирование газеты о добрачном соглашении было анонимным. Звонок о том, что Блэр заталкивал тело своей жены в багажник, – тоже. И почему такой умный человек, как Блэр, все же позволил нам заглянуть в багажник «бентли», зная, что там лежит револьвер?.. Так, теперь эта история с ключами. Как ключ попал в могилу? Бенедикт был прав: большинство людей держат ключи от дома на кольце или цепочке. Тогда каким образом и почему ключ Блэра вдруг сорвался и упал в могилу?.. И, наконец, наш информатор из тюрьмы Барри Лестер. Мне с трудом верится в то, что Блэр вообще обмолвился хоть словом с этим подонком. Уже не говоря о том, что признался ему в убийстве и рассказал, где спрятал тело жены.
– Может, это Лестер убил Кэрри?
– Нет, он уже сидел, когда миссис Блэр убили.
– Тогда как же он узнал, где находится могила, если Блэр ему не говорил?
– Или же человек, убивший Кэрри Блэр, ему рассказал, или же киллер заставил кого-то другого…
– А вы проверили, кто навещал Лестера в тюрьме?
Санторо кивнул.
– Единственными посетителями были Тиффани Стар, подружка Лестера, и Артур Джефферсон, его адвокат. Подружка Лестера – стриптизерша. Сценическое имя – Тиффани Стар, так она себя называет. А ее имя в девичестве было Шарон Росс. Потом она вышла замуж и стала Шарон Кранц.
– У вас есть телефонные номера и адреса Стар и Джефферсона?
– Конечно.
Санторо достал записную книжку и продиктовал Дане телефоны и адреса Тиффани Стар и Артура Джеферсона.
– Расскажите мне еще немного о Барри Лестере и его подружке, – попросила Дана, введя информацию в свой телефон.
– У Стар судимость за подделку векселей, ее уволили из компании, где она работала бухгалтером.
– Позвольте догадаться. Ей нужны были деньги на покупку наркотиков?
Санторо кивнул.
– Да. По большей части кокаин и героин, но не брезговала и другой дрянью. Несколько раз лежала в наркоклинике, это было условием досрочного освобождения.
– Так, ладно. Ну, а Барри Лестер?
– Лестер – жулик-неудачник с врожденным отвращением к работе. Зарабатывал на жизнь азартными играми и мелким воровством без насилия. Получал пособие по безработице. Время от времени, когда получалось, устраивался на низкооплачиваемую работу, но никогда не отказывался от возможности зашибить легкую деньгу. Последний раз влип уже всерьез. Сидел за рулем угнанной машины, пока его дружки грабили винный магазин. Никто тогда не пострадал, но его подельники заключили сделку с полицией. И он, видимо, решил проделать то же самое. Если б не согласился настучать на Блэра, ему светил бы куда более долгий срок.
Санторо колебался. А потом вдруг занервничал.
– Тут еще одно. Хотел бы, чтобы вы им занялись.
– Кем?
– Чарльзом Бенедиктом. Вот главная причина, по которой я вас нанял. Хорас Блэр невероятно богат, у него очень обширные связи. Мы уже нахлебались неприятностей, посадив его в первый раз за хранение оружия. И если я начну копаться в прошлом и настоящем защитника Блэра и он об этом узнает, поднимется такой хай, что не дай Бог. Он обвинит нас в запугивании. И мы рискуем отменой рассмотрения дела с участием нынешней стороны обвинения.
– Считаете, Бенедикт может иметь отношений к убийству Кэрри?
– Если он был любовником Кэрри, у него мог возникнуть мотив.
– Вот это поворот!
– Что вам известно о Бенедикте?
– Вообще-то почти ничего.
– Всегда считал его человеком темным. Вы ведь знаете, кто такой Николай Орланский?
Дана кивнула.
– Многие клиенты Бенедикта напрямую связаны с Орланским, и несколько дел против них закончились довольно странным образом.
– К примеру?
– Ну, исчезали свидетели и вещественные доказательства. Или же свидетель резко менял свои показания.
– Это еще не доказывает, что он убил Кэрри Блэр.
– Вы правы. Но Блэр и Бенедикт сталкивались незадолго до ее исчезновения.
И Санторо рассказал Дане о деле Росса.
– Я тут кое-что раскопал, – добавил он. – Кайл Росс не единственный член семьи Россов, интересы которых Бенедикт представлял в суде. Он выступал в роли защитника Шарон Росс по двум делам, связанным с наркотиками.
– Считаете, Бенедикт рассказал Тиффани, где находится тело?
– Вполне возможно. И вот еще что. Бенедикт приложил массу усилий, чтобы убедить нас поместить Блэра в отдельную камеру.
– Ну, так бы на его месте поступил любой защитник пожилого и богатого клиента, которого просто могли порвать уголовники в общей камере.
– Это, конечно, так, но однако… – Санторо покачал головой. – У меня возникло стойкое ощущение, что во всем этом деле что-то не так. Я, конечно, могу ошибаться, но буду очень признателен, если вы расскажете мне о результатах своего расследования.
– Ладно. Займусь им безотлагательно.
– Сколько хотите на расходы, аванс?
– Забудьте о деньгах. Кэрри Блэр заплатила мне весьма щедро за несколько дней работы впустую. И если ее убил муж, то я должник Кэрри. Просто обязана выяснить, кто лишил ее жизни.
– Но позвольте мне, по крайней мере, покрыть расходы.
– Поговорим об этом, когда закончу расследование.
– Ладно. С чего собираетесь начать?
– Если это Бенедикт заставил Тиффани рассказать Лестеру, где похоронено тело, это многое объясняет. Лично меня больше интересует ключ, найденный в могиле. Как он туда попал? Если Хорас Блэр не убивал жену, но это ключ от дома Блэра, значит, убийца мог получить его именно от Блэра, и я…
Дана умолкла на полуслове. Санторо сидел, разинув рот, и явно не слушал, что она говорит.
– Что такое? – спросила Дана.
– С того дня, как Стеф проводила этот эксперимент с ключами в имении Блэра, я чувствовал, здесь что-то не так. И только сейчас понял, что именно.
С этими словами Санторо поднялся из-за стола.
– Знаете, мне надо на работу, хочу кое-что проверить. Вот мой адрес. Я позвоню жене, предупредить, что вы заедете. Она угостит вас кофе. Ночь нам предстоит долгая.
Глава 35
Фрэнк Санторо познакомился с Глорией, когда та работала диспетчером. Она понимала всю сложность его работы и никогда не упрекала за долгие часы отсутствия. Фрэнк обожал Глорию и считал, что ему страшно повезло с женой. Счастье, что рядом находится человек, понимающий, что это такое – работа полицейского. Первый его брак развалился именно по причине того, что он почти не бывал дома, а когда бывал, пребывал не в лучшем настроении после общения с отбросами общества.
Дана полюбила Глорию с первой же секунды, как только дверь ей, улыбаясь во весь рот, открыла полная брюнетка. Ко времени, когда подъехал Фрэнк, женщины болтали за кофе в гостиной. Санторо понял, что говорили они о нем; обе умолкли и перестали улыбаться, как только он вошел в комнату с кейсом.
– Не верьте ни единому ее слову, – сказал Фрэнк Дане.
– С чего это ты взял, что мы говорили о тебе? – спросила Глория. – Вы, мужчины, всегда хотите быть в центре внимания.
Фрэнк поцеловал Глорию в щеку, потом сказал, что они с Даной посидят внизу, будет просматривать записи с камер наблюдения. Глория протянула гостье термос с кофе.
– Если захотите есть, кричите, – сказала она.
И Дана с Санторо спустились в подвал.
– Почему я здесь, Фрэнк? – спросила Дана, пока Санторо доставал и выкладывал на стол диск с записями.
– Мне самого начала не нравилась эта история с ключами. В суде вы сидели довольно далеко и не могли как следует разглядеть их, но это важно. Ключ с отпечатками пальцев Хораса Блэра, найденный в могиле, и ключ из связки, что лежала в сумочке Кэрри, смогли открыть входную дверь в особняк Блэров. Но у них есть еще одно общее свойство. Оба они не новые, заметно потускнели. А вот ключ на кольце у Хораса Блэра, которым не удалось открыть эту дверь, был похож на них, но блестел как новенький.
Примерно в то же время, когда в понедельник исчезла Кэрри, произошло еще одно убийство. Жертвой стал человек по имени Эрнст Бродский. Ему было под семьдесят, врагов он не имел, все отзываются о нем исключительно хорошо. Складывалась картина, что убийство произошло с целью ограбления, если бы не одно странное обстоятельство. У Бродского была лавка в торговом центре «Ривер Вью», и все указывает на то, что преступление произошло ночью, на стоянке перед торговым центром. А вот тело было найдено за несколько миль от того места, в открытом поле. Если Бродского ограбил и убил на стоянке какой-то наркоман, к чему понадобилось увозить тело? И я все ломал над этим голову, пока вдруг не вспомнил, кем был по профессии Бродский и чем зарабатывал на жизнь.
– Кем же?
Санторо усмехнулся.
– Он был слесарем и держал скобяную лавку, где у него было оборудование дня изготовления дубликатов ключей! Если слесарь сделал ключ, похожий на ключ от входной двери Блэров, но отпереть эту дверь им нельзя, он должен выглядеть как новенький.
– Ну, а записи эти для чего? – спросила Дана.
– Посмотрим, что происходило в торговом центре в понедельник и вторник.
