Я Лайл Ричмонд, и вы слушаете «Ток-радио». Особые приметы моего сегодняшнего гостя: рост шесть футов пять дюймов, волосы пышные, седые, вьющиеся; глаза серо-голубые, подбородок квадратный, прямо как у барельефов горы Рашмор [23] . Если я добавлю, что он носит шляпу-стетсон, галстук боло [24] и ковбойские сапоги из страусиной кожи, готов побиться об заклад: большинство моих слушателей сразу догадаются, что речь идет о знаменитом адвокате по уголовным делам Монте Бетуне. Он посетил нас на неделе после того, как выиграл в суде скандальное дело губернатора Айовы Леоны Фаррис, которая застрелила своего мужа на глазах у миллионов свидетелей – зрителей американского национального телевидения.
– Добро пожаловать на наше шоу, Монте.
– Спасибо, что пригласили.
– Дело Фаррис помог выиграть ваш счастливый костюм?
– Ах, если бы все было так просто, Лайл… Я отдаю должное жюри присяжных, которые вынесли губернатору оправдательный приговор, которым не застила глаза дымовая завеса, организованная в верхах, и они смогли разглядеть сквозь нее правду.
– Уверен, в том была и ваша скромная заслуга – провести их через эту дымовую завесу, Монте.
– Я старался, Лайл.
– Нашим слушателям будет приятно узнать, что вы пожаловали в наш чудесный город не с пустыми руками. Привезли на презентацию свою книгу, автобиографию под названием «Лучшая защита». Презентация состоится завтра днем, от трех до пяти, в книжном магазине «Бенсонз букс» на углу Комсток и Вайн.
– Совершенно верно.
– Книга пользуется спросом?
– В это воскресенье «Лучшая защита» дебютировала под номером четыре в списке бестселлеров, опубликованных в «Нью-Йорк таймс».
– Мои поздравления! И еще могу сказать нашим слушателям – она вполне этого заслуживает. Замечательная, просто потрясающая книга!
– Спасибо, Лайл. Я написал ее, пытаясь объяснить читателям, какой высокой подготовки требует ведение сложных судебных дел.
– И вам это удалось. Глава, где вы описываете, как вам удалось выиграть иск против «Дентал Про» в сорок миллионов долларов, просто меня потрясла.
– Мои клиенты заслуживали обвинительного вердикта. Лишь по чистой случайности моему сыскарю удалось доказать, что в «Дентал Про» при изготовлении имплантатов использовались радиоактивные материалы.
– Вы проявили недюжинный талант. Вам противостоял очень сильный противник.
– Да, противная сторона всегда выдвигает против меня лучших юристов.
– Ну, да, как во всех этих вестернах, в решающих поединках противник выставляет самого лучшего и опытного стрелка. Но вы всегда умели нанести упреждающий удар.
– Не всегда, Лайл. Иногда и проигрывал. И пишу об этих неудачах в своей книге.
– Дело чикагского душителя, да?
– Верно. В этом деле меня сумел положить на лопатки один очень умный молодой окружной прокурор.
– Кажется, Эверет Тилл, верно?
– Ага. Нынешний губернатор Иллинойса. Всякий раз при встрече Эверет благодарит меня за то, что именно я поспособствовал продвижению его политической карьеры.
– Так Тилл был самым лучшим обвинителем из всех, с кем вы сталкивались?
– Ну-у… Ответить на этот вопрос нелегко, Лайл.
– Это потому, что вам почти всегда противостояли самые лучшие?
– Нет. Проблема не в том. Эверет определенно был лучшим в том деле, но далеко не лучшим из всех тех, с кем мне довелось схлестнуться.
– Я что-то не совсем вас понимаю, Монте.
– Лучшим из всех был вовсе не настоящий адвокат. А тюремный.
– Тюремный адвокат? Что это значит?
– Жулик. Человек, выучивший законы во время отсидки.
– Иными словами, мошенник?
– Именно. Но очень талантливый мошенник.
– Сдается мне, Монте, история любопытная. Одна их тех, что не попала в книгу «Лучшая защита».
– А вот тут вы меня поймали. Проблема в том, что история вышла довольно странная.
– Выкладывайте, Монте! Уверен, всем нашим слушателям не терпится узнать о заключенном, который вдруг стал лучшим из лучших юристов в США.
– Так и быть, Лайл. Я не прочь поведать эту историю, только надобно учесть, что сам я тогда был сущим сопляком, молоко на губах еще не обсохло. Но даже теперь, со всем своим опытом, вряд ли я мог предвидеть, что такое случится.
– Так давайте послушаем, Монте!
– Ладно. Случилось это в 1970-м. За два года до этого я закончил юридический колледж и работал помощником окружного прокурора в Портленде, штат Орегон. Вы еще слишком молоды, чтоб помнить те времена. Шла война во Вьетнаме, об этом думали и говорили все. Начались волнения среди темнокожего населения. Убили Бобби Кеннеди и Мартина Лютера Кинга, чуть ли не ежедневно происходили волнения и марши протеста. Вы, наверное, скажете, что тогда в Америке везде царил настоящий хаос, и это верно. Так было везде, за исключением суда округа Малтнома, где я занимался всякими мелкими делами, магазинными кражами, привлечением к ответственности пьяных водителей и прочей скучной ерундой.
