Чарли вырвал из блокнота листок и написал цифры; он собирался сжечь его, когда Орланский уйдет. Он рассчитывал получить куда как больше от Хораса Блэра, когда миллионеру предъявят обвинение в убийстве и он наймет его в качестве адвоката.
Николай переплел пальцы, и какое-то время молча смотрел в пространство. Затем зачеркнул написанное Бенедиктом, и вывел другую сумму, на две тысячи долларов больше. Чарли предвидел и такой расклад, и даже эта новая сумма была на тысячу долларов меньше, чем он был готов выложить за эту услугу.
— Договорились, — сказал Бенедикт.
— Мне нравится вести с тобой дела, Чарли. Ты не засранец какой-нибудь и не жлоб. Так когда тебе понадобится это одолжение?
— Скоро. Дам тебе знать.
Николай поднялся.
— Хорошо. Жду ответной услуги. Подложишь в Лэнгли [11] атомную бомбу в виде сандвича с фрикадельками в томатном соусе?
Бенедикт отрицательно покачал головой.
— Не советую заниматься этим дерьмом. Иначе один из их бойких ребят в облачении ниндзя проломит окна, ворвется и выкурит отсюда нас обоих.
— Ага. Но это послужит лишним доказательством, что ты заблуждался, а я был прав, когда говорил, что весь этот дом набит жучками. Так что буду смеяться последним.
Адвокат по бракоразводным процессам позвонил Стефани Робб, когда она завтракала. И сообщил, что ее муж, полная задница и придурок, настроен на борьбу, что он звонил и угрожал, что заберет у нее дочь. Сама мысль о том, что Винс может стать полноправным родителем, вызывала смех, но Стефани была просто в ярости. Она видела своего благоверного насквозь и понимала, что таким образом он хочет заставить ее снизить требования по алиментам на содержание ребенка.
И Робб, детектив из отдела убийств, решила на пути из полицейского участка излить душу Фрэнку Санторо. Напарником Стефани был плотный низенький итальянец с кудрявыми черными волосами; обычно он сохранял полное спокойствие и никогда не предпринимал ничего, предварительно не обдумав проблему. Он был хорошим дополнением и полной противоположностью своей напарнице, женщине умной, но крайне вспыльчивой, не склонной принимать взвешенные решения. У Санторо уже давно выработалась привычка пропускать мимо ушей пылкие тирады Робб, которые приходилось частенько выслушивать с того злополучного дня, когда месяца три тому назад Стефани застукала своего муженька-«козла» и его «уродливую сучку» на полу, в гостиной собственного дома, где они «трахались, как суслики».
Стефани все еще кипела, пока Фрэнк припарковывал машину у заграждения, выставленного полицией и экспертами, чтобы защитить от зевак место, где было найдено тело.
— Прибыли, — сказал Фрэнк.
Робб взглянула на тропинку, убегающую в поле, скинула туфли и переобулась в резиновые сапоги. Их успели предупредить, что поле, на котором нашли труп, превратилось после вчерашнего ливня в самое настоящее болото.
— Ненавижу эту гребаную природу, — пробормотала она.
— Разошлю памятки всем нашим потенциальным убийцам, в которых попрошу учитывать твои чувства в следующий раз, когда будут избавляться от трупа.
— Да пошел ты на хрен, Фрэнк!
— Эй, Стеф, кончай огрызаться! Я же не собираюсь отбирать у тебя Лили. Я вообще детей не люблю.
Робб окинула Фрэнка гневным взглядом, но тот ничего не заметил, потому как уже шагал по полю к группе экспертов криминалистов и полицейских в униформе, столпившихся на месте преступления.
Стефани огляделась. По одну сторону дороги проходила изгородь, определяющая границы земельных владений фермера Макгенри. Низина, поросшая травой, где обнаружили тело, находилась между другой стороной дороги и узкой речушкой с извилистым руслом. А дальше, куда ни глянь, тянулись леса. При других обстоятельствах этот красивый пейзаж навеял бы умиротворение, для любителя прогулок на природе лучшего места не найти, но погода сегодня была холодная, сырая и ветреная, и одна мысль о том, что придется иметь дело с разлагающимся трупом, портила настроение. Робб засунула руки глубоко в карманы и двинулась следом за Санторо, который уже беседовал с медэкспертом, когда она подошла.
— Покойник пролежал здесь несколько дней, — говорил ему Ник Винтерс. — Похоже, убит ударом ножа в сердце. Всего одна рана. Полагаю, убийца хорошо знал свое дело, потому как других ран и повреждений на одежде не просматривается. Впрочем, точнее можно будет сказать при вскрытии.
— Кто его нашел? — спросил Фрэнк.
Винтрс указал пальцем себе через плечо.
— Там ферма Макгенри. Их парнишка вывел собаку на прогулку, ну, и пес почуял запах.
— Как же получилось, что он не обнаружил тело раньше? — спросила Робб.
— Он не каждый день выгуливает собаку в поле. Последние несколько дней гонял ее по лесу, вон по ту сторону фермы.
— Где этот парнишка? — спросил Фрэнк.
— Дома. Для него это сильное потрясение. С ним сидит полицейский.
— Ладно, — кивнул Фрэнк. — Потолкуем с ним, когда закончим здесь.
— Личность убитого установлена? — спросила Робб.
— Пока нет. Бумажника при нем не оказалось. Снимем отпечатки пальцев.
