– Гермиона, – он больно сжал её пальцы. – Что с тобой? Почему тебе взбрело в голову, что я не хочу узнать тебя? Гермиона… маленькая Гермиона, – он поднял её пальцы к своим губам, её сердце снова бешено застучало. – Ты не представляешь себе как сильно ошибаешься. Ты такая очаровательная. Ты самая привлекательная женщина, которую я видел, а их было не мало. И не только внешне, хотя и внешне, ты лучше всех, – его губы дрогнули. – Наверное, поэтому, я отпустил тебя ночью. В тот момент, я хотел о тебе плохо думать, но это было так трудно, чертовски трудно…
– Драко…
– Нет, выслушай меня, Гермиона, – попросил Малфой. – Ты мне нравишься. У тебя есть характер, ты не одна из тех женщин, которые помешаны на своей внешности, я вижу, что ты умная. Я никогда раньше не встречал такой, как ты. Гермиона, не уезжай, пока мы не узнаем друг друга.
Его признание взволновало её, но ещё и раздразнило. Ей так хотелось поверить ему, но она понимала, что это всё шарада. Он не знает её, хотя, уверен, что знает. А вот когда узнает…. нет, лучше об этом не думать.
– Извините, – сказала Грейнджер, избегая его взгляда. – Я, польщена, но…
– Чёрт побери, да забудь ты о том, что было ночью, – резко бросил Драко. – Забудь, что я принимал тебя за Астория и просто постарайся понять, что я пытаюсь сказать. Я совсем не такой человек, каким ты меня представляешь. Да, признаю, вчера я вёл себя, как свинья. Но то, что я отпустил тебя ночью, совсем на меня не похоже, уж поверь. Но ты… я не знаю, как мне это объяснить, – занервничал Малфой. – Благодаря тебе, я открыл в себе, что-то новое, я даже не догадывался об этом. Позволь мне ещё немного пожить с этим открытием. Дай мне понять для себя – для нас обоих – что это такое.
– Я так понимаю, вы предполагаете заранее, что, – Гермиона запнулась, стараясь, тщательнее подбирать слова. – Что я хочу узнать вас.
– А ты не хочешь? – резко спросил он. – Или ты хочешь сказать, что всегда ведёшь себя так, как вчера ночью, когда тебя пытаются изнасиловать?
– Да, то есть, нет – быстро исправилась она. – Это не важно, не в этом дело.
– А в чём же тогда? – поинтересовался Драко.
– Я… ну вы ничего обо мне не знаете, я хочу сказать, что может, я и не такая невинная, как вы думайте, – покраснев ответила Грейнджер, ей было неприятно ему лгать, но надо было. – Мне уже двадцать три года и у меня были мужчины.
Малфой нахмурился, но не дал ей продолжить, вместе этого сказал:
– Ну и отлично, мне никогда не нравились девственницы.
Гермиона вырвала свои руки из его, хотя, он наверное, сам её отпустил. Никогда раньше она не чувствовала себя так растерянно, но в тоже время возбуждённо, она не могла позволить ему говорить дальше.
– Я должна вернуться в Лондон, – упрямо подтвердила она и увидела, как у него от нетерпения прищурились глаза.
– Понятно, – он поиграл плечами, внимательно глядя на неё. – А что ты скажешь Астории? Что её хитрый план удался? Что ты обезвредила мину, а ей больше ничего не угрожает?
– Астории? – Грейнджер облизнула пересохшие губы, от нахлынувших чувств, она совсем забыла как оказалась здесь, что её отправила сюда Гринграсс, не думая о том, что может с ней случиться.
– Да Астории, – продолжил настаивать на своём Драко. – Я полагаю, ей вся эта история покажется весьма… забавной.
– Забавной? – переспросила Гермиона, он кивнул.
– А почему бы и нет, – ответил Малфой, и глаза его светились. – Ведь не каждый день девушка готова лишиться своей сомнительной невинности, чтобы защитить свою лучшую подругу.
– Она мне не лучшая подруга, – возразила Грейнджер.
– И ты говоришь, что ты не девушка, хотя я и сомневаюсь в этом, – открыто издевался Драко.
Последние слова Гермиона решила пропустить мимо ушей, она сказала:
– И потом, Астория ведь не знала, что захотите меня… меня…
– Что? – хитро спросил он, и его глаза загорелись. – Тебя соблазнить, пожалуй, не знала.
– Ну, тогда Астория… – в который раз Грейнджер, не дали договорить.
– Я предложил ей кое-что похуже, – усмехнулся Малфой.
– Что вы хотите этим сказать? – спросила Гермиона и насторожилась, все её сомнения вернулись с прежней силой. – Что было в той записке?
Драко поколебался, а потом тихо сказал:
– Какое сейчас это имеет значение? Мне ясно одно, что Астория испугалась, вот и всё. А потом решила использовать тебя в качестве подсобной утки.
Грейнджер вздрогнула – это прозвучало, так холодно, грубо и жестоко. Да, Астория обошлась с ней так же, как и Блейзом и тут уже ничего другого не попишешь.
