— Да нормально всё, — теперь занервничал работник сервиса, заметив Труханова. Он с суетливой услужливостью подхватил кавказца под руку и скрылся с ним за дверью конторки.
— Дело было не в бобине — раздолбай сидел в кабине? — кивнул на машину Труханова усатый, вытиравший ветошью свои грязные руки, как оказалось, автослесарь Егорыч, которому Евгений быстренько сдал в ремонт свою покалеченную машину.
Запрошенная Егорычем цена за ремонт была приемлемой.
Труханов вышел на территорию автосервиса, подошёл поближе к воротам и достал сигареты. Немного покрутившись, Евгений опять увидел кавказца, спешившего к своему внедорожнику. Привычно срисовав взглядом машину и её номер, Труханов прошёл подальше вдоль забора и вытащил свой мобильник.
— Внимательно! — друг гаишник явно был в настроении. По голосу можно было подумать, что ему сейчас страсть, как весело.
— Друг, пробей номерок машины! Да, опять! Сам понимаешь — работа такая, обстоятельства принуждают… — слегка поперхнулся Труханов, всё же посчитав себя не плохим драматургом.
На самом деле он с детства ненавидел ложь во всех её проявлениях, особенно служебную и хорошо выстроенную. Но сейчас его ложь была во благо, хотя и делала загадку всего мезальянса абсолютно необъяснимой.
— Иномарка. Хозяин — иностранец, боюсь, уйдёт! — скороговоркой проговорил Евгений. — Помоги! Ты же знаешь, что за мной не заржавеет!
Следующие несколько минут показались ему вечностью. Посетившее Евгения предчувствие, заставило его сердце заколотиться, как во время охоты или задержания — оно было готово выскочить из груди.
Дальше пошла информация из ГАИ: владелец машины Ашот Мартиросян, на учёт «Lexus» поставлен две недели назад.
— Ё, моё, — у Евгения от радости в зобу дыханье спёрло! — Неужто это и впрямь Катина машина? Хотя он понимал, что такое может иметь место лишь в фантастической повести!
— Неужели стресс так обостряет восприимчивость сознания к психическим эманациям Вселенского разума? — Эта невесть откуда взявшаяся в его мозгу мысль, смысла которой он так и не понял, быстро стёрлась из его памяти.
Но сразу, как бы ни хотелось, Труханов в разборки не полез. Вовремя включилась голова и первоначальное ощущение победы несколько померкло. Такое неожиданно быстрое исполнение его желания — разыскать машину бывшей жены несколько пугало.
Его «Toyota» уже была отремонтирована. Евгений расплатился с Егорычем, сел в свою машину.
Но сразу выехать из автосервиса ему не удалось. В воротах раскорячилась дорогая иномарка с вмятиной на капоте и с разбитой фарой. Сделав ещё пару неудачных попыток заезда, сидевшая за рулём, автоледи бросила машину и понеслась к Егорычу.
— С фарой что? — проворчал автослесарь, увидев тот свою старую знакомую.
— Не знаю, — девица с трудом шевелила распухшими после ботекса губами. — Возле универсама у меня не получилось припарковаться. Может «опять свечки засрались»?
И дама потеряла интерес к теме. Сейчас её больше волновал то, во что она наступила своим дорогим сапогом.
— Звони своему папику, пусть тебя забирает. А за машиной завтра приедешь. Как бы всё электрику менять не пришлось. И радиатор похоже сдох! — Егорыч выразительно глянул на Евгения и, наигранно вздохнув, отогнал повреждённую машину в ангар.
— Профессионал! — думал Труханов про Егорыча, выруливая на автостраду. — Да не оскудеет рука дающего!
— Ты чего такой нахохленный? — забеспокоилась крёстная, открывая Труханову дверь. — Случилось что?
Маленькая седая старушка, с детства баловавшая Евгения сладостями и подарками, за последнее время совсем сдала и вызывала искреннее сочувствие. Болезнь не красит!
— Работа у меня такая: каждый день что — нибудь случается, — не стал вдаваться в подробности Евгений.
Труханов поехал в отдел, переключив всё своё внимание на дорогу. Приключений, свалившихся на него за первую половину дня, ему было вполне достаточно.
— У тебя есть планы на вечер? — спросил Труханов Алексея. — Теперь считай, что есть!
Навестить автосервис в конце дня, проникшийся заботами своего начальника, Алексей согласился сразу. Вечер у него был свободен вследствие вчерашней ссоры с очередной пассией, как — то слишком уж быстро вычислившей, что она у Алексея не единственная.
Зимние сумерки уже сгустились и заметно похолодало. Сейчас автосервис показался Труханову ещё мрачнее. Небольшое грязное помещение без окон, тускло освещалось несколькими лампами и светом с территории из раскрытой двери конторки. Запах бензина, машинного масла, какой — то специфической вони и грязи смердел вовсю. Клиентов не было и слесаря собирались домой.
Фраза, бодро отчеканенная Алексеем, смотревшим честными глазами и подчёркнутая его удостоверением: — «Машина, которую вы продали Ашоту Мартиросяну находится в розыске по делу о нападении на сотрудника милиции», — попала в цель.
Руки у авто — слесаря лихорадочно заёрзали по карманам грязного комбинезона в поисках зажигалки.
— Да, но я только соседке хотел помочь, — оправдывался Гера, обалдело хлопая глазами.
На самом деле он оказался не немым Герасимом, а весьма авантюрным Германом.
