Ловушка для банкира полностью

— Не могу, мамка заругает, — жалобно протянула девочка. — Мне строго-настрого приказали глаз с брата не спускать.

И она покосилась на лежащего рядом на траве годовалого малыша.

— Да что с ним станется, с брательником твоим? — опять крикнул вихрастый. — Думаешь, он куда-нибудь убежит, что ли?

Остальные ребята весело расхохотались.

— А и то, правда! — топнула ногой девочка, вставая с земли. — Ничего с братом не случится, если я немножечко купнусь.

Она скинула одежду и побежала к друзьям. Черная голова молосса высунулась из камышей. Пес глянул на резвящихся в пруду детей, а затем осторожно подполз на брюхе к ребенку. Малыш доверчиво потянул ручки к склонившейся над ним собачьей морде. Хрясть! — треснули детские шейные позвонки. Развернувшись, молосс бесшумно отполз со своей добычей обратно в камыши.

Пруд исчез — вместо него появилась старая заброшенная мельница на пригорке. У порога лежал черный молосс и, задрав голову, шумно втягивал ноздрями воздух. Пес явно к чему-то принюхивался. Вечерело… Последние солнечные лучи окрашивали собачью шерсть в багряный цвет, отчего молосс казался не черным, как обычно, а красно-коричневым. Вдалеке слышались испуганные крики людей:

— Волк, огромный черный волк!

— Волк унес сына старосты!

— Это опять был волк!

Молосс опустил окровавленную морду к земле и задремал. Рядом лежало растерзанное тело младенца.

Вика вскочила и помчалась к унитазу. Ее вырвало. Перед глазами стояли ужасные картины убийства детей. Торопливо одевшись, девушка поспешила в архив — свериться с пиктограммой. Теперь стало понятно, что означают изображенные на ней маленькие фигурки. Это были жертвы оборотня!

Сев в кресло, Виктория уставилась на цветной рисунок. «Шесть фигурок — шесть смертей». Шесть?.. Вика нахмурилась, вспоминая сон. Она видела только четыре убийства. Значит, впереди еще два. От этой мысли девушку чуть опять не вырвало. Она быстро отвернулась от пиктограммы. На часах было почти десять — время завтрака. Есть совершенно не хотелось, но оставаться в одиночестве было просто невыносимо.

В столовой компанию Вике составили Долохов, Звягин и, разумеется, Эммануил Венедиктович. Едва все расселись по местам, подбежала Настя.

— Ради бога, извините, — залепетала она. — Завтрак немного задерживается. Ольга Михайловна уехала, а я одна на кухне не справляюсь.

Брови детектива взметнулись вверх:

— Как уехала? Куда?! И никому не сказала?!!

— Почему не сказала? — смутилась Настя. — Мне сказала, Милош тоже знает. Да вы не волнуйтесь — Ольга Михайловна к обеду вернется. Она в райцентр за апельсинами отлучилась.

Долохов насмешливо глянул на Виталия Леонидовича:

— Чего ты взбеленился? Прямо допрос бедной девчонке учинил. Полегче, у нас тут не тюрьма, — он перевел взгляд на служанку. — Так, Настя, через десять минут чтоб завтрак был готов.

Девушка поспешила на кухню. За ней отправился Милош, и вдвоем они быстро накрыли стол.

— Ну, Виталя, — отрезая внушительный кусок румяного бифштекса, обратился к Звягину компаньон банкира, — рассказывай, как продвигается расследование. Ты, я слышал, с утра в полицию смотался. Есть новости?

— Есть, — детектив тоже отрезал бифштекс, хотя и более скромного размера. — Есть новость, и очень важная. Стало известно точное время убийства отца Даниила. По результатам экспертизы, произошло это в девять вечера. Плюс-минус четверть часа.

— О-хо-хонюшки, — испуганно пискнул Эммануил Венедиктович. — Что же получается? Когда мы ужинали, священника… того…

— Да, — кивнул Звягин. — И теперь надо выяснять, кто где был в это время.