Крис, Донна и примкнувшая к ним старший следователь Джилл Риган прибыли примерно через пятнадцать минут после ухода Джойс и Элизабет. Рон успел-таки съесть полноценный английский завтрак и теперь светится от счастья. В данный момент он находится с другой стороны машины, удовлетворенно похлопывая себя по животу через новый свитер, который в самом деле прекрасно ему идет.
— Как называется этот цвет? Светло-вишневый? — спрашивает Ибрагим.
— Красный, — отвечает Рон.
Трое полицейских слушают запись на заднем сиденье патрульной машины. Один за другим они вылезают наружу. Джилл поднимает телефон.
— Второй голос на этой записи принадлежит Гарту? — уточняет она.
— Его ни с кем не спутать, — отвечает Ибрагим.
— А где он? — интересуется Крис.
— Сбежал, — отвечает Рон. — Он слишком здоровый. Мы не смогли его остановить.
— Вы сказали, чтобы мы приехали сюда в три, — говорит Джилл. — А запись на этом телефоне начинается раньше двух.
Ибрагим пожимает плечами:
— Без понятия. Вам нужно поговорить с Элизабет.
— И где Элизабет? — спрашивает Крис.
— Возвращается в Куперсчейз, насколько мне известно. Сейчас мы стараемся не напрягать ее слишком сильно.
В настоящее время Элизабет и Джойс едут домой с Марком из робертсбриджского такси. Марку объяснили, что ехать довольно далеко и что он не сможет присоединиться к Рону за английским завтраком. Похоже, его это немного расстроило, но повел он себя как истинный профессионал.
— Значит, вы с Роном все это организовали сами? — спрашивает Крис.
— Мы вполне дееспособны, — отвечает Ибрагим, пока Рон извиняется за негромкую отрыжку.
— Давайте-ка уточним для ясности, — говорит Джилл. — Вы позвали нас сюда к трем часам и сказали, что передадите нам Нину Мишру, Гарта и шкатулку. Я вижу Мишру, но не вижу ни Гарта, ни шкатулки. И после этого вам можно доверять?
— Я бы так вам ответил, — произносит Ибрагим, — в нашу защиту: мы уже передали вам героин. А сейчас передаем убийцу Калдеша Шармы и Саманты Барнс.
— Женщину-убийцу, — уточняет Рон.
— Теперь подчеркивать пол не принято, Рон, — замечает Ибрагим.
— Однако человек, который, скорее всего, убил Луку Буттачи, таинственным образом исчез. А может, он убил и Дома Холта, — говорит Джилл. — Ну ладно, а где же шкатулка?
Рон пожимает плечами.
— Я говорила, что будет проще принять это, мэм, — вмешивается Донна. — Честно говоря, это сэкономит кучу времени.
— Я уверен, что шкатулка рано или поздно всплывет, — говорит Ибрагим. — Что касается Гарта, то однажды правосудие настигнет и его. Однако мне почему-то кажется, что ваше начальство уже будет в восторге от раскрытия двух убийств и обнаружения героина. Полагаю, вы его проверили?
— Чистейший, — отвечает Крис.
— Значит, теперь вы сможете арестовать и Митча Максвелла, — замечает Ибрагим.
— Я бы сказал, результат достойный, — говорит Рон.
Он жестом указывает на «Дайхацу», и Богдан выходит, чтобы привести к ним Нину.
Джилл встречает их на полпути, зачитывает Нине ее права, надевает наручники и ведет к патрульной машине.
Крис смотрит на Богдана:
— Я понимаю, что все они нам лгут. Но вы, должно быть, знали, что должны были подъехать сюда в два?
— В 13:52, — уточняет Богдан.
— И вы все равно солгали нам? — продолжает Крис. — Солгали Донне?
Богдан смотрит на Донну.
— Он не лгал мне, — отвечает та. — Я тоже знала. Гарт был единственным, кому Нина могла признаться. А без признания мы бы ничего не добились. Я готова была на все, лишь бы ее взять. Калдеш стал первым человеком, узнавшим, что Богдан в меня влюблен.
— Я еще рассказывал одному парню в спортзале… — начинает Богдан.
— Не порти момент, милый, — перебивает его Донна.
Крис смотрит на разношерстную команду: Рон и Ибрагим, Донна и Богдан. Он качает головой:
— А где все-таки шкатулка?
— Она нужна Элизабет, — отвечает Ибрагим. — Надеюсь, этого достаточно, чтобы ты нас простил?
Ханиф смотрит на часы, допивая кофе. Митч Максвелл не придет. Смешно и думать, что он внезапно войдет в отель «Рэдиссон» аэропорта Гатвик со шкатулкой в руках.
Значит, так тому и быть. А ведь это Ханиф придумал весь план. Саид получил предложение о покупке шкатулки от шведа, который живет в Стаффордшире с десятью миллионами, прожигающими дыру в его кармане. Вместо того чтобы утруждать себя разработкой нового сложного маршрута для контрабанды, почему бы просто не воспользоваться старым? Если бы они рассказали Митчу и Луке о задуманном, то те затребовали бы долю. Хотя на самом деле их следовало поставить в известность. Теперь-то ясно, что они проявили бы намного больше осторожности. Правда, Ханиф узнал, что у них давно были проблемы с поставками, поэтому им вообще не следовало доверять.
Следить за шкатулкой неотступно и забрать ее у Луки Буттачи должен был юный двоюродный брат Ханифа. Он даже купил ему мотоцикл за хлопоты. Но потом шкатулка пропала, и его родственник всего лишь гонялся за призраками.
Как бы то ни было, Ханиф напортачил. Думал, что самый умный, но не справился с домашней работой. Деньги потеряны, многие умерли, и все это из-за него.