– Нет, Петя, это не я. И я пришел сюда, как к другу, с деловым предложением!
– Да, что ты говоришь… – злобно протянул я.
– Хватит пить! Слушай меня внимательно…
– Пошел ты, – и я смачно озвучил, куда именно следует идти моему собутыльнику и слез с барной табуретки.
– А ты куда пойдешь, обратно в отель? – в Мишином голосе внезапно зазвучала насмешка. – Давай, давай! Там тебя уже ждут, в твоем номере. Они ведь решили, что после завтрака ты вернешься к себе!
– Кто там меня ждет?
– Убийцы!
– Откуда ты это знаешь?
– Ты уже перестал сердиться? Я многое знаю, и пришел, чтобы спасти тебя. А ты капризничаешь!
Я замер на месте:
– И ты знаешь, отчего умер Павел?
– Да, знаю! Сердце твоего знакомого проткнули длинным шилом, а затем сбросили его с лестницы. При таких ранениях бывает очень мало крови, поэтому полиция сразу не разобралась в том, что произошло. Кроме того, владельцы не хотят афишировать то, что в их отеле убили человека.
– Это сделали ваши люди? – навязчивая идея не давала мне покоя.
– Это сделали ваши люди, Петя! Я тебе все объясню! Присядем за столик?
– Ладно, присядем.
– Два американо, пожалуйста! – мой собеседник взмахнул рукой и на нашем столике скоро оказались две чашки кофе и пепельница.
– На кого ты работаешь, Миша? Это Моссад?
При моих словах мой собеседник слегка поморщился:
– Скажем так, я представляю разведку одной могущественной корпорации, тебе пока не надо знать, какой именно. И я намерен сделать тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться. У тебя просто нет другого выхода.
– И ты с самого начала следил за мной? – поинтересовался я.
– Да, конечно. Информация о вашей нелегальной организации не является секретной ни для нас, ни для ваших спецслужб. А нас очень интересуют те документы, которые вы ищете! Имея эти материалы, мы сможем оказывать сильное давление на ваших политиков. Для нас это может иметь большое значение!
– Если ваша разведка обладает такими возможностями, как ты говоришь, то зачем вам понадобился я?
– Утечка информации оказалась слишком большой. О базе данных с компрометирующими ваше правительство материалами сообщалось даже в российских периодических изданиях. Сейчас за этой базой охотится не только наша разведка, компроматом на ваших политиков интересуются и другие спецслужбы. А вашим разведчикам, судя по всему, поставлена противоположная задача: любым путем не допустить, чтобы компромат попал в чужие руки. Думаю, что именно они устранили твоего друга, и хотят убить тебя, Петя!
Что касается нас. Нашим людям выгодно до определенной поры оставаться в тени, перехватив эти документы в самом конце. Зачем путаться под ногами сильнейших разведок мира?
Мой собеседник уклонился от прямого ответа на вопрос. Из потока его слов я понял немногое, но мысль о том, что на меня могут охотится спецслужбы собственной страны, подействовала на меня отрезвляюще:
– Но вы тоже могли бы убить человека из-за этих материалов?
– Убийство, это не наш профиль, Петя! Обычно все решают деньги. Если не удается подкупить заинтересованных лиц, то допускаются и другие методы изъятия информации, например, их похищение. К убийству можно прибегнуть лишь в случае серьезной угрозы, исходящей главным родом от всякого рода фанатиков. В любом случае, нам не было смысла убивать кого-то из вашей организации, ведь вы еще не получили то, что нам требуется, – спокойно сказал Миша, допивая кофе. – Теперь решать тебе. Ты согласен работать на нас?
Вот черт! Из огня, да в полымя! – поверить такому человеку, каким оказался мой новый знакомый, было трудно, но не доверять ему тоже не было смысла. Как проверить его слова? Вернуться в отель, где только что убили моего товарища?
Положение казалось мне совершенно безвыходным, но неожиданно для самого себя, я решил поторговаться:
– А что я получу за это?
– Жизнь, разве этого мало? – усмехнулся мой собеседник.
– Жизнь бывает разная, – заметил я, – что вы еще можете мне предложить?
– Деньги, паспорт на другое имя, а если все закончится успешно, то новую биографию, и вид на жительство в одной из стран восточной, или южной Европы.
– А если у меня ничего не выйдет?
– По обстоятельствам, но скорее всего, то же самое. Мы своих людей бережем!
Верить, или не верить Мише? – я колебался, но выбор у меня был не слишком-то велик. Нельзя сказать, чтобы я был большим патриотом своей страны, вовсе нет! Наоборот, я был уверен в том, что во всех странах происходит примерно одно и то же: любые власти, в какие цвета бы они себя не окрашивали, являются кучкой паразитов, которые стараются жить за счет обманутого ими народа.
И все же что-то мешало мне принять это предложение. Не доверяя собеседнику, я нисколько не сомневался, что Миша работает именно на Моссад, а его слова о могущественной корпорации являются легендой, которая призвана замаскировать истинное положение вещей.
