– Не обращайте внимания, – устало вздохнул я. – Я же вам говорил про это.
– А! – понимающе протянула проводница и поспешно заулыбалась Шайри. – Конечно-конечно, от-чая-ни-я, все просто. И чай тогда мы совсем уберем, – она закрыла коробку с пакетиками и переставила ее на вторую полку. Обернулась ко мне: – Это ведь неопасно?
– Нет, что вы, – я помотал головой. – Сестра добрая…
А в голове возник образ поскуливающей собаки и перекошенное злобой личико Шайри. Я отвернулся к окну, позволяя мелькающему пейзажу увлечь от сюсюканий проводницы Катерины и вялых ответов девочки. Темнота завораживала многочисленными оттенками. Пролетающие за миг деревья и столбы на фоне медленно плывущих полей и абсолютно неподвижного неба напоминали танец прекрасной незнакомки из моего сна. Черные одежды, резкие, словно колющие, движения в сочетании с мягкими волнами. Я знал этот стиль. Девушка танцевала трайбл. Но совсем не профессионализм ее движений меня очаровал, хотя я мог оценить весьма высокий уровень. Ее глаза, игривый и вызывающий взгляд сквозь ресницы. Ее губы, ироничная и одновременно притягательная улыбка. Ее стан, подчеркнуто прямая спина, гордая осанка.
– Мерцана, – прошептал я имя девушки. Его очень приятно почувствовать, словно пробуешь незнакомый, но очень вкусный фрукт. И я с удовольствием повторил: – Мерцана…
– Кто эта Мерцана? – с любопытством спросила проводница. – Удивительное имя. Красивое. Ты с таким чувством произносишь его! Это твоя девушка? Наверное, такая же красивая, как и имя.
– Девушка? – немного удивился я.
Да, я бы хотел, чтобы у меня была такая девушка, загадочная и прекрасная, отстраненная и чувственная.
– Мерцана, – я ощутил, что улыбаюсь.
– Ненавижу! – со злым присвистом произнесла Шайри.
Я удивленно оглянулся на нее. Бледное личико исказила злобная гримаса, черные глаза пылали гневом.
– Шай-цу! – выплюнула она.
Раздался визг тормозов, глухой взрыв. Пол под ногами закачался, в следующий миг вагон тряхнуло, в уши ворвался страшный скрежет. По стенам поползли трещины, лавка отломилась. Шайри мгновенно растеряла весь гнев, теперь она выглядела растерянной и виноватой.
– Я желаю всем счастья! – отчаянно взвизгнула она и закрыла лицо ладонями.
Катя навалилась на меня всей массой полного тела, я ощутил, как затылок взорвался болью. С верхней полки повалились одеяла, коробки и пакеты с бельем. Вагон еще раз тряхнуло. Скрежет стих. Поезд остановился. Проводница на карачках отползла к двери.
– Все целы? – хрипло спросила она.
Я дотронулся до затылка и охнул, ощутив здоровенную шишку.
– Местами, – проворчал я. – Шайри, ты как?
– Ы, – сдавленно пискнула девушка, не отрывая ладошек от лица.
Проводница с кряхтением поднялась на ноги и распахнула дверь, в купе ворвались истошные крики и плач. Катя торопливо сказала:
– Быстро на улицу! – И выскочила в коридор. – Сохраняем спокойствие! Необходимо покинуть вагон…
Я схватил Шайри за руку и метнулся к выходу. Пришлось немного побороться с дверью, помог дядька в строгом костюме. Я ожидал, что мы посредине леса, но оказалось, что авария произошла на какой-то маленькой станции. Точнее, станция еще впереди. От небольшого освещенного здания к месту крушения бежали люди. Из вагонов выпрыгивали пассажиры, на траву с треском падали чемоданы и плюхались сумки. Шум нарастал.
Шайри не отходила от меня ни на шаг, впрочем, мне на глаза при этом умудрялась не попадаться, постоянно прячась за мою спину.
– Шекшема! – со злостью произнес мужской голос. – Про́клятое местечко, вечно здесь что-то случается!
Я оглянулся на говорившего, им оказался тот самый мужчина в костюме, который помогал мне открыть дверь.
– Что случается? – спросил я его.
Он внимательно посмотрел на меня, потом чиркнул подозрительным взглядом по склоненной голове Шайри и медленно ответил:
– Много чего… То дерево на крышу поезда упадет, то плохо кому-то станет, то машина у кого на рельсах заглохнет. Никогда не ложусь спасть, пока не проедем это ведьминское место!
– Да при чем здесь ведьмы, – охнула рядом бабенка. – Все потому, что станция на костях!
– В смысле? – опешил я.
– В прямом, – махнула она руками. – Кладбище здесь было!
– Да что ты, тетя Марина, – возразила ей женщина в вязаной шапочке. – Какое кладбище! Мама говорила, что церковь тут снесли.
– Все слухи, – примирительно сказал мужчина. – Факт один – проклятое это место. Эх, Василий, что там на сей раз? – окликнул он мужчину в форме.
Тот поспешно приблизился, нервно поправил фуражку:
– А, это ты, Семенов. Да локомотив хвост товарнику придавил. Благо тот порожняком шел, а то бы беды не миновать.
– Как так? – лицо Семенова вытянулось. – Как он на пути-то оказался? А если бы не станция и на полном ходу?..
Василий мрачно ухмыльнулся, махнул рукой, мол, некогда, и поторопился повернуть за угол вагона.
– Попали, – нахмурился мужчина в костюме. – Пошлите к станции, мы здесь надолго застряли.
