Слева и справа возвышались не очень примечательные дома, похожие на дома ремесленников той части Черного замка, где даже сейчас производили носимые вещи. Даже пахло чем-то, то ли кожей, то ли растворами для ее смягчения.
Впереди определенно было шумно и более светло. Что бы то ни было, сидеть на месте — не выход.
Джаред еще раз настороженно огляделся — к кому в этом случае его выбросило магией поиска, было не совсем понятно. Конечно, поиск идеальных для Джаретта наследников продолжался, и скорее всего снова выбросил Джареда к каким-нибудь странного вида родственникам.
Раздался лязг, и мимо Джареда пронеслась кошка с зажатой в пасти громадной рыбиной.
— Отдай! — взвизгнуло на ультразвуке несущееся за кошкой создание. Джаред аж загляделся: оно было создано из металлических пластин, пыхтело паром и больше всего походило на механесов, металлических слуг, приспособленных для нужд в Доме Волка. Кошка прижала уши и припустила быстрее. Что-то прогрохотало, но через миг все стало тихо. Завершилась ли успехом погоня, Джаред не знал и не особо хотел знать.
— У меня тут металлическая родня? — спросил он у деда, но тот молчал, обиженно и, похоже, оскорбленно.
На улице никого и ничего знакомого видно не было, поэтому Джаред сориентировался по сторонам — куда ему больше хотелось идти, и пошел туда, где светлее.
В городе было раннее и очень прохладное утро. Люди, механесы и немеханесы спешили по своим делам, выдыхая пар более и менее горячий, а низкое солнце, пробивавшееся между узкими домами, подсвечивало его розовым огнем.
Джаред вышел из просто широкой улицы на очень широкую и пораженно застыл: вокруг простиралась площадь, где высились дома, сравнимые с башнями Черного замка, пыхтели разнообразные машины, бродили люди, немеханесы и совсем-механесы любого вида, от кошачьего до слоноподобного. У некоторых было и вовсе непонятно, где заканчивалась механическая часть и где начиналась живая. Совсем рядом прогрохотал тяжёлая и неповоротливая колесница — тоже самоходная и окружённая облаками горячего пара.
Ошарашенный впечатлением, Джаред инстинктивно прижался к стене.
— В шоке? И как я только мог спутать тебя с собой, — камень отмер и вновь принялся ворчать. — Просто похож, такой себе внук, хотя все располагало, и Мэрвин был приличным потомком, не то что некоторые!
Кристалл все больше связывал себя с легендарным Джареттом, и Джаред не исключал, что основания у магического артефакта имелись довольно сильные. Вероятно, его предок работал с кристаллом чаще, чем с прочими, а потом неблагая магия долгое время искажавшая благое колдовство, изменила артефакт…
И случилось то, что случилось — артефакт примагнитил Джареда, как самого похожего на своего создателя благого, когда-либо оказывавшегося поблизости. Было обидно. Но кто позвал самого Джареда — уж не Грания ли? Хотелось бы надеяться, что она просто соскучилась.
На площади было такое движение, что Джаред перестал думать. И не решился соваться дальше, пережидая какого-то знака или просвета — как в Верхнем мире, определенного цвета, чтобы идти или ехать. Однако знаки были незаметными или их вовсе на ближайшей территории не существовало, Джаред никакого изменения в общей картине уловить не мог.
А потом его тронули за плечо, и советник чуть было не отпрыгнул:
— Молодой Мактир? Пх-х, — лицо обдало паром, а в плечо вцепились железные пальцы, — ты что тут делаешь?
Джаред отмахнулся от белых клубов и встретился глазами с неблагим грифоном… Неживым. Не мертвым. С искрой души где-то глубоко внутри полупрозрачных линз и фарфоровыми пластинами, перемежающимися с пластинами медными — на месте лица.
— Чего уставился, пх-х-х, Мидир тебя ждёт! Ох и задаст он тебе, кожаный мешок! И откуда такие тряпки? Из музея, пх-х-х?
Железный Лорканн говорил похоже на себя, то и дело обводил собеседника светящимися от ламп внутри желтыми глазами, и обдавал мягким паром.
— Лорканн? — Джаред не мог не спросить.
Кристалл заворчал, но Джаред прикрыл его ладонями, не собираясь слушать сейчас и не желая давать возможность действовать.
— А что, ты знаешь ещё одного автоматона-убийцу? Пх-х? — железная версия неблагого умудрялась смотреть неживыми глазами с живым выражением. — Почти сошедшего с ума, но это мелочи. У автоматонов ведь нет ума, так что и сходить не с чего. Пх-х-х. П-х-х-х-х!
Джаред прижался спиной к холодному камню. Определенно, «пх-х» — это был смех.
Удивляться, впрочем, было нечему — в любом мире, в любом виде Лорканн собирался оставаться Лорканном.
— Так чего ты тут кукуешь, пх-х-х?
— Как раз вас поджидаю, — Джаред улыбнулся располагающе.
— Пх-х? — неживое лицо сдвинулось по-живому, выражая наигранное удивление. — С каких пор к автоматонам принято обращаться на вы?
— С определенных мной самим, — Джаред постарался звучать непринужденно. — Значит, вы автоматон?
— Я Лорканн! — гордо ударил себя в жестяную грудь местный аналог темного властелина трети мира Джареда. — А да, и автоматон тоже. Не кожаный мешок же! — оглядел непонятный механизм Джареда весьма насмешливо. — Домой пошли, тут опасно, — и посмотрел почему-то вверх.
