Приглашая садиться, Белиал указал мне на удобное кресло, а не на стул для обычных посетителей, и я понял, что это хороший знак. Еще больше я укрепился в этой догадке, когда он, открыв шкаф, продемонстрировал великолепную коллекцию трубок всех времен и народов и предложил мне угощаться. Разумеется, я согласился. И в который уж раз мысленно сравнил его с Эрвином – вот уж кто никогда не угостит посетителя табачком! Старикашка курит исключительно самые дорогие элитные сигары, но при этом зажигает их по‑плебейски – от спички (а не специальной палочкой кедрового дерева, как положено), отчего в его кабинете всегда пахнет так же, как от костров, которыми полыхает ад.
– Ну что я могу тебе сказать, Двенадцатый… – проговорил Белиал, дымя ароматным табаком. – Полученная от тебя информация в основном подтвердилась. И, надо сказать, что ты со своим докладом попал удивительно вовремя. Можно сказать, оказался в нужное время в нужном месте. Руководство, – он красноречиво указал вниз, где, как известно, находится резиденция Большого Босса, – как раз решает вопрос о новом важном задании…
Я навострил уши.
– …и ищет подходящую кандидатуру, кому можно было бы его поручить, – продолжал мой собеседник. – Мы тщательно все проверили и остановили выбор именно на тебе. В своей миссии, касающейся Зачитавшегося, ты показал себя с лучшей стороны, да и история с предсказателем Нострадамусом еще не забыта. Во всяком случае, шеф о ней помнит. Похоже, ты и впрямь толковый демон, который может и умеет справляться с неожиданными ситуациями и принимать решения. Именно такой нам и нужен.
Я начал было бормотать, насколько польщен, но он остановил меня:
– Это все потом. И вопросы, связанные с твоим возможным награждением, тоже будут решаться потом. Ясно, что карьерный рост и попадание в первую десятку – это самый минимум, на который ты можешь рассчитывать. А если справишься со всем как следует, то, не исключено, можно будет поговорить и о чем‑то значительно большем. Старикан Эрвин и впрямь слишком засиделся на своем посту… Но, повторяю, это все позже. И только в случае стопроцентного успеха.
Я приложил все усилия, чтобы изобразить на лице соответствующую ситуации мину:
– Разумеется, я все понимаю. И предлагаю перейти прямо к делу.
Белиалу, похоже, понравился мой ответ. Он слегка кивнул и поинтересовался:
– Как ты смотришь на то, чтобы сделаться хранителем?
– Простите… Кем? – Я не понял и даже растерялся.
По лицу заместителя Большого Босса скользнула усмешка.
– Да-да, ты не ослышался. Хранителем. Тем, кто следит за душой человека. Что‑то вроде твоего знакомого Зачитавшегося. Будешь выполнять при некоем человеке ту роль, которую он играл при всех своих подопечных.
Я был в полном недоумении.
– Но… Насколько я знаю, такую работу выполняют только ангелы! Это у них к каждой новорожденной человеческой душе приставляют ответственного за ее помыслы и поступки. Чтобы он следил за человеком, будил в его душе самое лучшее и светлое. А также чтобы берег его от разных несчастий и неудач. Но у нас‑то такой системы нет! Мы работаем совсем иначе. Наша цель – не люди, а их поступки. Да и разделения людей на «твой» и «мой» у нас нет. Случается, за некоторыми людьми ходят целые толпы наших ребят. А к другим вообще никто не приближается, потому что это бесполезно, или неинтересно, или, как чаще всего бывает, просто ни у кого руки не дошли. Впрочем, – прервал я сам себя, – что это я вам рассказываю? Вы и сами все отлично знаете, не хуже меня.
Белиал продолжал улыбаться.
– Ты, конечно, прав. Обычно именно так и бывает. Но в этот раз мы подумали – почему бы не перенять у конкурентов их эффективные методы? Так родилась идея приставить
– Увы, надо, – я развел руками. – Я, конечно, слышал о той, с позволения сказать, контрибуции, которую победитель в этой партии Великой шахматной Игры потребовал с проигравшего… Но мне абсолютно неизвестно, ни кому принадлежит эта душа, ни какие планы имеет на нее Большой Босс.
