— Избавилась от лишнего, — улыбнулась я, а доктор одобрительно кивнул, как будто постоянно таким промышлял.
— Моя сумка — артефакт. Можно класть сколько угодно вещей.
— Только слышала про такие! — восхитилась я. — Она наверно стоит кучу денег! Дядя мечтал когда-нибудь заполучить её.
— Досталась от отца, как и библиотека, — он грустно улыбнулся, о чём-то задумавшись.
До города мы доехали почти молча. Я сосредоточилась на дороге и музыке, Морган — на фолианте. Не знаю, какая книга эта была по счёту, ведь он мог возить с собой хоть всю библиотеку. Он листал её быстро, останавливаясь только на заинтересовавших его страницах. Отвлёкся только на мою просьбу подать солнцезащитные очки из бардачка.
— Пытаешься бросить курить? — Морган оглядел упавшую ему в руки упаковку пластырей, которую мне приподнёс Дэн вместе с камнем.
Они были символом, что мне пора избавляться от пагубных привычек. Не скажу, что я была с этим согласна, особенно учитывая, сколько их у Дэна. Но в последние несколько дней ни про сигареты, ни про вино я не вспоминаю.
— Это подарок.
— Интересные у тебя предпочтения. Буду теперь знать, что тебе дарить.
— Если хочешь мне что-то подарить, мороженое/эклеры и одежда — беспроигрышный вариант.
Морган усмехнулся и уточнил:
— С каким вкусом, госпожа?
— Оо, я могла бы написать список. Если вкратце, любимое мороженое — Баскин роббинс, шоколад и фисташка. Могу есть килограммами. Эклеры — любые. Теперь ты знаешь все мои тайны.
И это было правдой.
Оставив машину на оживлённой улочке небольшого города, мы договорились встретиться у единственного торгового центра через три часа. Первым делом я зашла в салон красоты и, выбравшись оттуда через час довольной, прогулялась до места встречи. Остаток времени прошёл незаметно, и Моргана я встретила с пятью бумажными пакетами и новым цветом волос.
— Твой натуральный цвет? Красиво, — мужчина взял в руки прядь прямых чёрных волос и почти сразу отпустил. Посмотрел на меня, будто ждал реакции — вдруг что сделал не так?
— Даа, больше не чувствую себя блондинкой, — улыбнулась я и невольно залюбовалась платиновыми волосами лже-доктора. Закатное небо подсвечивало их сзади оранжево-розовым цветом, любя и нежно гладя по голове. Глаза его улыбались, в них плясали огоньки. Не обжигающие или опасные, а те, которые могут согреть даже в самую холодную ночь.
Морган взял протянутые мной пакеты и мы выдвинулись в сторону ренджа.
— А кем чувствуешь, если не блондинкой?
Всё, что я сейчас чувствовала, это пристальный взгляд Моргана, который он, кажется, не собирался отводить, пока не отвечу. Если бы я так пристально на кого-то смотрела, уже бы споткнулась, но он умело лавировал среди людей и даже умудрился увернуться от ребёнка на самокате. Может в другое время я бы и обрадовалась его вниманию, но ответа на вопрос у меня не было.
— Генри разбили!
— Что? Кто такой Генри? — Морган встрепенулся и проследил за моим взглядом. Он вёл к моему рендж роверу с дырой в лобовом стекле, вскрытым багажником и спущенными колёсами.
— Почему сигнализация не сработала? — я пощёлкала ключом, никакой реакции.
Из машины ничего не пропало, что было странным. Кто-то решил похулиганить, но благородно не присваивать себе чужое. Магазинчики уже были закрыты, прохожие ничего не видели. И в принципе я была согласна оставить ублюдка безнаказанным, лишь бы скорее убраться из этого города.
Морган поймал мужчину в помятом пиджаке. Тот спешил к автомобилю, припаркованному рядом, но остановился и только развёл руками на вопрос о шиномонтаже:
— В такое время уже никто не работает. Придётся ждать утра. Здесь недалеко отель, в нём все туристы останавливаются. С такииим видом на город, каждый дом можно пересчитать!
Дома можно и отсюда пересчитать. А отель наверняка был не лучшим, а единственным в городе. Судя по тому, как поморщился Морган, он пришёл примерно к таким же выводам. Он поблагодарил мужчину и достал из багажника наши сумки. Я вытащила из бардачка документы, оставив там только одинокие никотиновые пластыри. Может следующему хулигану пригодятся.
Морган стоял у раскрытой задней двери и держал в руке булыжник.
— Хочешь добить мой рендж? Прошу, начни с меня, чтобы я этого не видела.
Морган шутку не оценил, вглядываясь в булыжник. Если бы я не знала его (почти целых две недели!), подумала бы, что у него на лице застыл испуг. Даже немного побледнел. И, судя по тому, как он вцепился в камень, когда я пыталась его забрать, ещё и оцепенел. К булыжнику была примотана записка алой и почему-то влажной тесьмой.
— Марла, не трогай. Это кровь.
Я отдёрнула руку.
— Ты шутишь? Пожалуйста, скажи, что ты шутишь, — издалека до меня донёсся неестественный, истеричный смех. Мой.
— Нет. Отдай, — мужчина забрал камень, который я уже не пыталась выхватить, и понёс его к мусорке.
— Дай мне прочитать! Это в мою машину кинули