– Ты была сама не своя. Тим потерял тебя. Видела бы ты его бедное лицо. Я думала, он вообще заплачет. Серьезно. Мы потеряли и Сэда. А потом нашли. Ну, это было легко. Ведь он был в своем светящемся ошейнике. Сэд нес тебя на руках.
– Что? – не выдержала я.
– Да-да, ты валялась без чувств на полу. Представляешь? Как какая-то бродяжка. – Чувствую упрек в голосе Карлы. – Потом он кладет тебя на диван и подзывает меня, чтобы я посидела с тобой.
– Я просыпалась?
– Да. Один раз. Я хотела поговорить с тобой на серьезные темы, но ты отключилась. И тогда Тим отвез тебя домой. На этом все.
– Понятно.
– Мы можем встретиться? – с надеждой в голосе спрашивает она. – Хотела снова начать общение.
– Давай потом, ладно? У меня в голове сейчас полный хаос.
– Жаль…
– Не обижайся только.
Я кладу трубку.
Мне.
Надо.
Переварить.
Совсем не нравится. Ситуация ужасная. Такого никогда не было. И как же я сейчас жалею о звонке Джиму. Такой позор. И так обидно, что поцелуя и в помине не было.
Ладно, наверное, бывает и такое. В жизни все случается. Мне надо поесть, попить чай, забыть о снах. Этот бред может снова повториться. Ведь я раньше умела делать необычные вещи. Да. Но я хотела бы всеми силами разучиться творить это. Столько загадок. Столько воды.
Слышу, как ключ поворачивается в двери. Пришли.
– Эмма! Ты где? Почему не встречаешь? – Тим каждый раз орет на всю квартиру эти слова. Хотя прекрасно понимает, что я не встречу их. Но он не оставляет попыток сделать нас любящей семьей, как и прежде.
Он бежит ко мне в комнату, но не находит своей сестренки. Тогда Тим забегает на кухню, но кроме скучного белого цвета больше ничего не видит. Успевает столкнуть Марса со стола, я это отчетливо слышу. Он недовольно мяукает.
– Ты что тут забыла? – Его голова оказывается в проеме. Он даже не вспоминает мои пьяные выкрутасы и отвратительное поведение.
– Мне здесь спокойно.
То ли он увидел в моих глазах страх, то ли обиду или еще какое-то неприятное чувство, но Тим просто подошел ко мне и крепко обнял. Меня укутало свежестью полей, цветов. Не знаю, может, деревня так действует на него или на меня.
Мама заглянула к нам один раз, но не зашла. Прекрасно.
– Не переживай, у тебя все будет хорошо. – Тим обнимает меня крепче и гладит по голове. Такая клишированная фраза на самом деле. Кто даст точные гарантии на хорошее будущее? Обычный брат?
Тим уходит из комнаты, чтобы принять душ. А когда приходит, я все еще лежу на кровати.
– Подвинься, мелкая.
– Сам такой!
– Наконец твой писклявый голос. – Тим толкает меня к стенке и ложится рядом, потом резко встает, чтобы выключить свет. А вот и звезды на потолке.
Теперь мы лежим, вглядываясь в светящиеся фигурки. Как будто вернулись в детство. Тогда не было проблем и мыслей. Мы были просто счастливыми.
Тим берет меня за руку, и я закрываю глаза, стараюсь уснуть. Завтра снова на работу. Мне нужно быть бодрой. Спасибо Тиму за то, что он и словом не обмолвился о пьяной ночи. Его рука такая теплая и надежная. Я сжимаю ее крепче и стараюсь думать о прекрасном. О детстве, о семье… или вернее сказать о семье, которая у меня была… о мороженом или шоколаде. Что вкуснее? В жару предпочитаю фруктовый лед. Арбузный вкус… блин, нет, дыня. Хотя, однозначно арбуз. Больше сока, а не мякоти.
Когда мне было десять лет, мы покупали всей семьей фруктовый лед со вкусом арбуза. Ездили к бабушке на выходные, катили на велосипедах до самого далекого ларька или вообще в соседнюю деревню умудрялись доехать. Вспотевшие, усталые и довольные заходили к продавщице и покупали лед. Тиму было шестнадцать, и он подшучивал над моими скоростными способностями. Конечно, худые девчачьи ножки не могли справиться с педалями в гору.
В такой зной мы были не в состоянии обойтись без купания. К сожалению, в нашей деревеньке не было нормального водоема, не считая болота для гусей и коров, поэтому мы плескались в мелкой речке. Брызгались, бросали блинчики и катали друг друга на спине. Точнее Тим меня, а папа маму. И мне тогда не нужно было ничего.
А сейчас мне нужен воздух, потому что его реально не хватает. Я и Тим находимся в закрытом помещении. Ни окон, ни дверей. Сплошной коридор. И куда идти? Меня радует: я, наконец, понимаю, что мне снится сон. Контроль в моих руках. Осматриваюсь кругом. Раздражает серость и это уныние в воздухе. В легкие словно попадает огромное количество пыли.
Нет, оставаться в этом сне мы точно не собираемся. Скучно и угнетающе. Я представляю перед собой блестящее море, которое совсем недавно мне снилось, но ничего не выходит. Перед глазами все те же стены. Что случилось? Хочу повернуть голову вправо, но словно застываю на месте. Ноги пригвоздились к полу, а руки не поднимаются.
– Эмма, пошли вперед, – неожиданно заговаривает Тим. Он тянет меня за собой, и я реально могу идти. Но на этом все. Даже открыть рот у меня не получается. – Но не молчи!
– Что такое? – Неожиданно вырывается у меня. Я смогла произнести два слова.
– Пойдем вперед? – спрашивает брат. В его глазах радуга словно приобрела серые оттенки. – Не смотри на меня так.
