Да что там — в плане воспитания Никита преуспел куда больше моей матери. Ребенок учил ребенка.
Может, поэтому я выросла оторвой. Или братец просто наговаривал.
Он даже не был мне родным. Пока мама плакалась своей сестре, двоюродный брат вытаскивал меня из сотни передряг, в которые моя любопытная на приключения задница умудрялась влипнуть.
Он был для меня всем, и даже сейчас воспринимал как маленького, непослушного ребенка. Я находила это милым, ведь мне по жизни не хватало твердого мужского плеча.
Хоромы закоренелого холостяка встретили меня открытой дверью.
Улыбнувшись, я тихонько дергаю ручку и на цыпочках захожу внутрь. Все вещи, как и всегда, разложены по полочкам, на темно-коричневом столе, обернутом еще более мрачной скатертью, ни одной пылинки.
Брат постукивает ладонью по столешнице, ожидая, когда закипит чайник. Я ухмыляюсь и резко запрыгиваю ему на спину. Для пущего эффекта страшно кричу.
Бум!
От неожиданности парень отпрыгивает, орет вместе со мной, ногой толкает стулья и чуть ли не падает. Его злая моська тут же вызывает новый приступ смеха.
— Пигалица мелкая. Не надоело еще? — отдышавшись, уже более спокойно хрипит Никита.
Кажется, он голос сорвал. Или просто окончательно все легкие прокурил.
— Кому я говорила двери незапертыми не оставлять?
Шутливо толкнув его в бок, устраиваюсь на сером диване. Мой взгляд сразу приковывает огромный пакет, небрежно оставленный на полу.
— Боже, ты спаситель, — с блаженным вдохом чувствую аромат пиццы, — я такая голодная.
— А ты чудовище. Сколько можно меня пугать?
Открыв упаковку и оторвав один кусочек, с набитым ртом отвечаю.
— Вообще-то обидно. Ты так от меня шарахаешься, словно я реально страшная.
Брат откашливается и с улыбкой ерничает.
— Если бы это было правдой, твои одноклассники на выпускном бы не поздоровались с моими кулаками.
Нашу беззлобную перепалку прерывает визг чайника. Мы до отвала набиваем животы, обсуждаем последние новости, и тут мне в голову приходит инцидент с сумасшедшим, сероглазым мерзавцем.
По ходу истории глаза у Никиты все сильнее лезут на лоб, а губы кривятся в недоброй ухмылке.
— Нет, — я сразу понимаю, чего он хочет, — мы не будем искать его в сети. Да и что мы найдем? Будем гуглить самых богатых Тимуров в Москве?
— О, а это идея.
Игнорируя усмешку в моих словах, брат лезет за ноутбуком и открывает браузер.
— Где вы впервые встретились, напомни-ка?
Называю ресторан и всеми силами пытаюсь его переубедить.
— Брось. Никит, я же ради шутки это сказала. Уж лучше бы ты обо мне побеспокоился.
— Зачем? Ты сама его отшила, молодца. Ну а теперь ради шутки поищем, кто настолько наглый, чтобы к моей сестре лезть.
Боже, это точно плохая идея. Я ведь так надеялась, что за разговорами с братом наконец-то забуду обо всем!
Но его не отговорить. Никита уже два года проработал программистом, и я слишком хорошо знала этот недобрый блеск в его глазах. Он всё найдет. Вопрос в том, хочу ли я этого.
— Мира, тут такая проблемка, — озадаченно пялится на мое лицо, словно сверяя с чем-то.
— Неужели даже великий взломщик ничего не нарыл? Ха-ха. Стареешь, братец.
— Наоборот. Я нашел, но не думаю, что тебе понравится.
Я ослышалась?
— А ну показывай, — упрямо скомандовала.
Заголовок статьи гласил: «Миллиардер Тимур Раевский шокировал общественность, представив свою возлюбленную».
А на фотографии я — настоящее посмешище в простенькой одежде, с взъерошенными волосами, без укладки и с диким макияжем.
Брат прав: я — чудовище. Но этот….Раевский еще хуже.
Тимур
Скукотища.
Лязгнув ремешком часов, закрываю окно, собираясь отъехать, но тут вдруг на глаза попадается блондинистая копна волос. От резкой ходьбы длинные, доходящие почти до бедер пряди бьются о спину и путаются, но девчонку это не волнует. Кажется, только раззадоривает.
Она зло отдергивает спутанные концы и ускоряет шаг. В сумерках миниатюрная фигурка легко может потеряться, поэтому я выхожу из авто и неспешно следую за ней.
Это не её дом. Я уже знаю, где она живет — в обычном гадюшнике, оцепленном многоэтажками. Так почему она проторчала здесь почти до полуночи?
Внутри поднимается злоба. Тупая, беспричинная и глупая. Не знаю почему, но мне это не нравится. Выглядит так, словно заплывшего папика навещала. Способна ли?
Возможно. Черт его раздери, кого я подцепил на свою голову.
Внезапно она оборачивается, и я тут же приникаю к стене.
Хорошая чуйка. Мне бы такую.
Слышу голос, но не могу разобрать. По телефону говорит, щебеча что-то у остановки.
Такси ждет?
Усмехаюсь. Чего же ее хахаль поскупился.
Думал, зря Эдика у магазина оставил, но нет. Он передал щедрые новости.
Чувак с пакетом её ждал, а после звонка умчался куда-то. Полагаю, в этом доме они и встретились.
Девчонка по острию ножа идет. Как ее там?
Мирослава.
Студентка юридического. На заочке. В магазине работает, чтобы концы с концами свести.
Казалось бы, идеальный вариант. Должна льнуть ко мне и в рот заглядывать. Лишь о том думать, как угодить, чтобы билет в роскошную жизнь выиграть.
Но нет. Она же не такая.
Другая.
