— В какой-то степени так и есть, — уклончиво ответил магистр, качая седой головой, — однако…всё же есть над чем задуматься. Владыка Охерон в последние годы уже не так проявляет своё расположение к магическому сообществу. Это связано с драмой в семье, о которой принято умалчивать. Он не проявляет агрессии, но всё реже позволяет госпоже Эфевии появляться в совете. Он словно обосабливается сам и пытается обособить свой народ. Хотя, возможно, нам так только кажется. Движение времени на Огненных островах несколько иное и возможно его траур затянулся, но это только по нашим меркам.
— Однако он позволил своим детям приехать в Зимнюю стужу и даже остаться здесь погостить, — сказала я, после чего магистр бросил взгляд в сторону капитана.
— Вижу и об этом вам уже известно, — со вздохом сказал он. — Что ж, это даже к лучшему. Не только этот факт удивляет нас, мисс Блэр, но и тот, что после многолетних уговоров нам, наконец, позволили взять древний огненный фолиант для изучения. В нём сокрыты тайны огненной магии и пути её постижения. Для северян, таких как мы, эти знания бесполезны, но в какой-то мере они могут помочь защититься от огня. Я надеюсь. Довольно долгое время владыка отказывал мне в праве изучить фолиант, но около двух недель назад неожиданно дал своё согласие, сговорившись, что после каникул, его дети вернут фолиант на острова. Я конечно же согласился, не помня себя от радости.
Лицо у магистра сделалось печально-виноватым. В этот момент он будто постарел ещё на добрую сотню лет. Сердце моё сжалось.
— Теперь я уже не так рад и появилось некое ощущение, что всё это неспроста. И неожиданное разрешение перевести и переписать древнее писание, и присутствие в академии наследников владыки, и беспорядки в городе. Привезя сюда фолиант, я уже через несколько часов почувствовал, что ошибся, но вернуть его раньше оговорённого срока не могу. Высказать свои опасения означает нанести оскорбление владыке.
— Это книга забирает силы мистера Бастири? — сиплым голосом спросила я.
— К сожалению, — вновь опечалился магистр. — Но наш славный библиотекарь на за что не отказывается от перевода, утверждая, что никакие перипетии не заставят его отступить. Он уверен, что владыка отдал фолиант, считая, что мы не сможем его использовать.
— Но ведь он так погубит себя! — воскликнула я.
— Не беспокойтесь, мисс Блэр, я и миссис Оллинер пристально следим за его самочувствием.
— Позвольте мне помочь ему! Я молода, у меня больше сил, я выдержу, чем бы это не грозило.
— Никто не сомневается в твоих силах и способностях, Хлоя, — заверила меня миссис Патчис, но у тебя в сложившейся ситуации совсем другая роль.
— И какая же? — спросила я, чувствуя, как замирает сердце.
— Ваша задача помочь капитану, — сказал магистр Стоттон. — Он единственный из стражи знает о том, что происходит. Он единственный, кто способен…
Магистр не договорил, поскольку друг прервал его многозначительным покашливанием. Значит было что-то ещё, что скрывал о себе капитан Аведа.
— Встреча в городе так и не состоялась, я полагаю? — посмотрел на Андреаса магистр Стоттон.
— Нет, — ответил тот. — Беспорядки со скульптурами нарушили мои планы.
— Плохо, — констатировал магистр. — Вам нужно повторить попытку. Это очень важно, Андреас. Очень. Мы должны быть предупреждены, должны быть подготовлены.
— Но не стоит забывать, что возможности капитана могут быть неудобным образом ограничены, — напомнила миссис Патчис. — Мы всё ещё не знаем, действует ли чья-то помимо магии Хлои на мистера Аведу. Если да, то это меняет дело в корне.
— Согласен, — снова вздохнул магистр Фергюсон. — Андреас, будьте добры, встаньте в центр комнаты.
Капитан мгновенно подчинился. Преподаватели по очереди попытались воздействовать на него своими силами, но это ни коим образом не отразилось на состоянии Андреаса. Он так и стоял, сложив руки в замок чуть ниже пояса. Магистр Стоттон кивнул мне. Капитан, увидев это, заметно подобрался, но страха не показал. Я создала небольшой вихрь и швырнула его в Андреаса. И пусть мне хотелось залепить ему в лицо от всей души, но я сдержала ребяческий порыв. Вихрь сбил капитана с ног.
— Может дело и в омеле, но убедиться всё же стоит, — сказал магистр Стоттон. — Тем более, мисс Блэр могла это проделывать и до заклятья.
— Ты тоже думаешь, что дело может быть и в молодости? — спросил его друг.
— Но ведь сила с возрастом только растёт, разве нет? — спросила я.
— Это как посмотреть, — не согласился магистр Фергюсон. — Молодые маги искрят силой, она задорная, более живая, более подвижная, словно стихия. Такие древние маги как мы, уже не такие резвые. Наша сила будто замедляется, становится менее энергичной, если можно так сказать. Это сложно объяснить, можно только почувствовать с возрастом. Всё имеет свойство меняться со временем.
— Миссис Патчис, я всё же прошу вас проверить наши опасения. Если они не оправдаются, не посвящайте студентов в причины этой проверки. В общем, я полагаюсь на ваше благоразумие и находчивость.
