– Теперь я уже не так рад, и появилось некое ощущение, что все это неспроста. И неожиданное разрешение перевести и переписать древний фолиант, и присутствие в академии наследников владыки, и беспорядки в городе. Привезя сюда книгу, я уже через несколько часов почувствовал, что ошибся, но вернуть его раньше оговоренного срока не могу. Высказать свои опасения, значит, нанести оскорбление владыке.
– Это книга забирает силы мистера Бастири? – сиплым голосом спросила я.
– К сожалению, – вновь опечалился магистр. – Но наш славный библиотекарь ни за что не отказывается от перевода, утверждая, что никакие сложности не заставят его отступить. Он уверен, владыка отдал фолиант, считая, что мы не сможем его использовать.
– Но ведь он так погубит себя! – воскликнула я.
– Не беспокойтесь, мисс Блэр, я и миссис Оллинер пристально следим за его самочувствием.
– Позвольте мне помочь ему! Я молода, у меня больше сил, я выдержу, чем бы это ни грозило.
– Никто не сомневается в твоих силах и способностях, Хлоя, – заверила меня миссис Патчис, но у тебя в сложившейся ситуации совсем другая роль.
– И какая же? – спросила я, чувствуя, как замирает сердце.
– Ваша задача – помочь капитану, – сказал магистр Стоттон. – Он единственный из стражи знает о том, что происходит…
Магистр не договорил, поскольку друг прервал его многозначительным покашливанием. Значит, капитан Аведа еще что-то скрывал о себе.
– Встреча в городе так и не состоялась, я полагаю? – посмотрев на Андреаса, спросил магистр Стоттон.
– Нет, – ответил тот. – Беспорядки со скульптурами нарушили мои планы.
– Плохо, – констатировал магистр. – Вам нужно повторить попытку. Это очень важно, Андреас. Очень. Мы должны быть предупреждены, должны быть подготовлены.
– Но не стоит забывать, что возможности капитана могут быть неудобным образом ограничены, – напомнила миссис Патчис. – Мы все еще не знаем, действует ли чья-то магия на мистера Аведу, помимо магии Хлои, разумеется. Если да, то это меняет дело в корне.
– Согласен, – снова вздохнул магистр Фергюсон. – Андреас, будьте добры, встаньте в центр комнаты.
Капитан мгновенно подчинился. Преподаватели по очереди попытались воздействовать на него своими силами, но это никак не отразилось на состоянии Андреаса. Он так и стоял, сложив руки в замок чуть ниже пояса. Магистр Стоттон кивнул мне. Капитан, увидев это, заметно подобрался, но страха не показал. Я создала небольшой вихрь и швырнула его в Андреаса. И пусть мне хотелось залепить ему в лицо от всей души, но я сдержала ребяческий порыв. Вихрь сбил капитана с ног.
– Может, дело и в омеле, но убедиться все же стоит, – сказал магистр Стоттон. – Тем более мисс Блэр смогла это проделывать и до заклятия.
– Ты тоже думаешь, что дело может быть и в молодости? – спросил его друг.
– Но ведь сила с возрастом только растет, разве нет? – спросила я.
– Это как посмотреть, – не согласился магистр Фергюсон. – Молодые маги искрят силой, она задорная, более живая, более подвижная, словно стихия. Такие древние маги, как мы, уже не такие резвые. Наша сила будто замедляется, становится менее энергичной, если можно так сказать. Это сложно объяснить, можно только почувствовать с возрастом. Все имеет свойство меняться со временем.
– Миссис Патчис, я все же прошу вас проверить наши опасения. Если они не оправдаются, не посвящайте студентов в причины этой проверки. В общем, я полагаюсь на ваше благоразумие и находчивость.
– Подведем итоги, – сказал магистр Стоттон. – Я призываю вас быть предельно внимательными. Наблюдайте за нашими гостями, будьте с ними любезны и почтительны, но не забывайте крутить головой во все стороны и полностью обращаться в слух, когда это потребуется. Мы ждем новостей от мистера Бастири и при этом пытаемся как-то успокоить горожан. Если все наши страхи оправдаются, то неделя, которую нам предоставили для поисков виновного, ничего не даст, и староста отправит жалобу в совет. Тогда процесс будет запущен, и мы вряд ли что-то сможем изменить. Андреас, вы с мисс Блэр все же сходите завтра утром в город, сделайте, что требуется, не откладывайте.
– Да, магистр, – ответил Аведа.
– А вы, мисс Блэр, теперь посвящены в закрытые для всех прочих дела академии. Прошу вас отнестись к ним со всей серьезностью и держать язык за зубами.
– Да, магистр, – повторила я слова капитана.
– И еще, – чуть строже добавил преподаватель, – решите ваши разногласия. Они не к добру.
