Доступ к базе ИИН им перекрыли, и только Иван мог бы его сейчас вернуть, но пока это было невозможно. Доступа к «облаку» Нины у Дементьева тоже не было, поэтому пришлось собирать информацию заново, «пробивая» имена, всплывавшие на совещании, по памяти и через общедоступные источники информации. Ему удалось больше узнать о тех предполагаемых членах Ковена, которых изучала Нина, он даже выяснил адрес особняка, в котором жил и умер Безликий. Домина был знатный, в старых статьях СМИ удалось найти упоминания о тайных вечеринках, которые регулярно проводил хозяин и на которые многие надеялись попасть, чтобы завести нужные знакомства.
Или получить помощь высших сил. Дементьев пометил себе в блокноте, что дом Безликого вполне может быть штаб-квартирой Ковена. Не там ли теперь обитает Нев-Ангел? Дементьев пока не знал, как ему может пригодиться такая информация, но просто записывал все, до чего мог дотянуться.
Материалы по расследованию убийства Нины, присланные из полиции, у него, к счастью, хранились в личной почте, поэтому все фотографии и отчеты остались в его распоряжении. Но толку-то от них…
Пожалуй, это был один из тех страшных моментов в жизни, когда Дементьев решительно не знал, что делать дальше. В какой-то момент он даже поймал себя на малодушной мысли: а не послать ли все к черту и не уехать ли к Ольге — куда бы она там ни улетела. Благодаря совместным поездкам у него тоже имелась действующая виза, а благодаря крайне выгодной женитьбе — достаточно средств, чтобы купить билет на любой самолет из России, и потом уже добраться до супруги. Когда Ляшин разберется — если он это сделает — можно будет вернуться.
Конечно, поступить так Дементьев не мог. Поэтому оставалось только ковыряться в доступной информации, надеясь на какое-нибудь озарение.
Он засиделся до поздней ночи, в какой-то момент почувствовав, что глаза нещадно засаднило. Дементьев прикрыл их, откинувшись на спинку дивана и положив на нее голову, чтобы заодно размять затекшие мышцы шеи и плеч.
Как долго он сидел так, прислушиваясь к тихому мерному жужжанию вентилятора в ноутбуке, Дементьев не знал. Было слишком хорошо, чтобы торопиться вновь склониться над журнальным столиком. Но вдруг он услышал тихий стук, и это заставило его поднять голову, открыть глаза и оглядеться, прислушиваясь.
В квартире ничего не изменилось. Все так же горела лампа на тумбочке в углу, на журнальном столике лежала открытая коробка из-под пиццы с единственным оставшимся кусом. Почему-то у него никогда не хватало сил именно на этот один последний кусок, который обычно становился завтраком. Ноутбук погасил экран, не дождавшись новых команд, но пока не «уснул». За пределами комнаты в квартире было темно и тихо.
Стук так и не повторился, поэтому Дементьеву надоело прислушиваться. Он встал, потянулся, отнес на кухню коробку с оставшимся куском пиццы и засунул ее целиком в холодильник. Щелкнул кнопкой электрического чайника и сходил в уборную, пока тот грел воду. Возвращаясь с кружкой горячего чая в комнату, Дементьев подошел к входной двери и посмотрел в глазок, чтобы убедиться, что снаружи никого нет.
Линзы глазка искривляли пространство площадки между квартирами, но зловещую тень, замершую на границе видимости, это не скрыло. Рука с чашкой непроизвольно дрогнула, а сам Дементьев резко отодвинулся от двери.
Постоял немного, помассировал глаза и сделал аккуратный глоток из чашки, после чего посмотрел в глазок снова. Тень никуда не делась и даже не переместилась, так и балансировала на границе видимого пространства.
Сердце застучало быстрее, пальцы, которыми Дементьев держал чашку за ушко, непроизвольно сжались, зубы стиснулись.
Что за черт? Точнее — что за тень? Впрочем, в его реальности это вполне мог оказаться и черт.
Дементьев отставил кружку, чтобы случайно не облиться кипятком, и снова припал к глазку, пытаясь рассмотреть тень получше, но ничего не вышло: она оставалась мрачным пятном без четкой формы.
За спиной снова что-то глухо стукнуло и скрипнуло, словно кто-то прошел мимо двери комнаты в кухню, но, оглянувшись, Дементьев вновь никого не увидел.
— Ерунда какая-то, — пробормотал он, просто чтобы разогнать гнетущую тишину.
Не желая изнывать от непонимания, Дементьев приоткрыл входную дверь и выглянул на площадку этажа, но ничего необычного не увидел. Никаких теней, никаких людей и никаких предметов, которые могли бы эту самую тень отбрасывать. Закрыв дверь, он снова посмотрел в глазок, но на этот раз ничего необычного не увидел и через него.
— Надо меньше пялиться в экран, — сам себе сказал Дементьев, взял кружку чая и вернулся в комнату, где разбудил ноутбук, который все же успел уснуть.
Однако едва экран загорелся, как изображение на нем мигнуло, пошло волнами, а потом и вовсе исчезло. Дементьев потыкал пальцами в тачпад, понажимал случайные кнопки и только потом заметил, что подсветка кнопки включения тоже погасла.
По всей видимости, его старый друг не выдержал нагрузки и сдох.
