– Ах ты котяра! – вскрикнул я и проснулся.
Чёрт!
Первым делом осмотрел руки: следов царапин не было. Понятное дело, это же подсознание, а не Фиолетовый с Оранжевым, и тем более не ведьма. Обычный сон, от которого никаких последствий.
Ведьма вроде не приходила. Значит ли это, что кот сказал правду? Дожили, думаю, верить ли коту.
Я посидел некоторое время, размышляя о сне, вздохнул и поплёлся в ванную. Там лежала стопка футболок. Кельвин Кляйн, Боско, Лакост?! Катька бы оценила.
– Бери, это тебе, свежие, – отец стоял на пороге.
Интересно, давно он так за мной наблюдает?
– Лидия как-то в Италии потащила меня по магазинам. Я и тебе купил как сувениры. Всё собирался передать, да некогда было… – он помолчал, словно задумавшись. – Вот и передал.
Долго же лежали подарки, учитывая, что последние три года мы только созванивались! Наверное, скрыть удивление у меня не получилось: отец-то, став бизнесменом, неплохо научиться читать людей.
– Спасибо.
Он кивнул, словно отвечая на незаданный вопрос, и прошёл в кухню.
Я вытащил из стопки серую рубашку-поло от Лакост с геометрическим рисунком, хит этого года. Видел у Катьки в модном журнале. Значит, «как-то в Италии купили, ага». А отец научился не только читать лица, но и врать. Думает, я маленький мальчик и куплюсь на подарки? Или хочет, чтобы у меня не было повода ехать домой? Знал бы он, как крепко меня держит эта квартира, а точнее, комната Лидуни, не стал бы на подарки размениваться. Сразу бы выкатил условия. В том, что планы у него были, я не сомневался. Пусть отчасти он и горевал по любимой Лидуне, люди бизнеса помнят о завтрашнем дне твёрдо. А то, что отец стал одним из них, было очевидно.
Я пришёл на кухню минут двадцать спустя. Вместе мы прикончили оставшиеся с вечера суши, и всё это время в воздухе висело неловкое молчание. Фигурные стрелки кухонных часов приближались к полудню. Нужно было решить, как провести день. Катьку я решил избегать, пока всё не закончится, поэтому домой – не вариант. Надо было что-то сказать про встречу с друзьями и поехать к Коляну. В рюкзаке лежали образцы чакральных чаёв, а память телефона ломилась от фоток плитки. Но у отца были свои планы, и футболки оказались лишь звеном в стройной цепи.
– Сижу я тут с тобой и вспоминаю старые времена, как мы в тир ходили по субботам. Помнишь?
– Угу, – я кивнул, отхлебнув чаю. Интересно, это из чакральной баночки заварено или нет? Уж очень душисто.
– Вот я и подумал, а не пострелять ли нам вместе? Я знаю отличный тир неподалёку.
Я чуть не подавился чаем. Это он серьёзно?
– И в твоём плотном графике найдётся место?
– Все важные вопросы утром разобрал, – чуть сухо ответил отец. – Так что да, найдётся.
Я понял, что немного приборзел с тоном, и поспешил исправиться:
– Было бы здорово, я с детства ни разу не стрелял. Разве что в пейнтбол ездили с ребятами играть.
– Вот и отлично. Тогда поехали?
Отец сел за руль сам. Я помнил, что он любил водить. Что ж, что-то от него старого осталось. Привычки – они и есть то, что составляет нашу личность. Привычка говорить, одеваться, поступать определённым образом – всё это часть нас.
А ещё отец не любил, когда его отвлекали от дороги. Поэтому я залез в смартфон, запустил загрузку фоток плитки на Гугл-диск и объяснил ситуацию в чате. Пока мобильный интернет корячился с мегабайтами информации, Колян набил сообщение:
«Тир – это очень-очень здорово. Всё, что связано с оружием, в твоём случае прекрасно. Запомни ощущение от пистолета, потом перенесёшь в сон. Сделаешь себе бесконечную обойму, разрывные пули. Всё, что хочешь. Главное, проведи время с пользой, думай о стрельбе».
Глава 19. Тир
Учитывая нынешний статус отца, я ожидал увидеть закрытый стрелковый клуб, пафосное место. Однако мы остановились возле большого, но неприметного серого здания. Не то что названия, даже надписи «тир» нигде не было видно. Зато ворота КПП и въезд по пропуску наводили на мысль о связи с силовыми структурами. На металлической входной двери висела табличка «ООО Беркут».
– Здарова, Геннадич! – едва успев войти, мы столкнулись с плотным усачом в хаки.
Они с отцом обменялись рукопожатиями и даже обнялись, похлопав друг друга по спине.
– Как ты?
– Да ничего, уже лучше, – ответил отец. – Сына вот привёл.
– Вижу. Молодое поколение, на смену – это хорошо! Ты у Михалыча дорожку забронировал?
– Две, – отец кивнул на меня.
По узкому коридору мы вышли в широкий холл со стойкой и стендом позади неё, увешанным оружием. Теперь я наконец почувствовал, что мы в тире. На стенах красовались подсвеченные панели с изображением парней в хаки или в чёрной форме. Они целились в невидимого врага из винтовок, пистолетов, автоматов, и выглядело это действительно круто. Но больше всего глаза разбегались от разнообразия оружия. Столько настоящего боевого оружия вживую я в жизни не видел!
– Дмитрич, давай-ка выберем из чего пострелять…– я услышал слова отца и поспешил к стойке. Худощавый лысый мужчина покосился на меня и улыбнулся.
